Долгий путь домой

ПБС «Тень» относится к легким боевым скафандрам и имеет силовой щит и хоть и слабенькую, но броню. Все его недостатки компенсируются, неплохой маскировкой и в нем я буду чувствовать себя на много уверенней."

"Сообщение от техника пришло когда я примирял «Тень». Пришлось повозиться. Амбал видно был параноиком. Он поставил на свой ПБС пятого поколения, программное обеспечение шестого поколения, что значительно повысило производительность и затруднило взлом систем защиты. Но я справился. База знаний по пустотным скафандрам и «хакер» сделали из меня хорошего спеца по взлому чужих доспехов.

Активировав голопанель на стене в режиме «зеркало» я смог рассмотреть себя. Скаф имел футуристичный дизайн. Серая матовая поверхность с рельефными металлокерамическими пластинами дополнительного бронирования жизненно важных областей и выступающим каркасом экзоскелета смотрелась брутально. А вот глухой шлем с матовым забралом и тонкими пластинами сканирующих систем похожими на заячьи уши, смотрелся довольно комично. В доспехе казалось, что у меня две руки. Сконцентрировавшись, я смог даже пошевелить пальцами доспеха, но привычка осталась и это, казалось бы, простое действие стоило мне больших усилий. Чуть не плюнув с досады в закрытое забрало я вызвал боевого серва и пошел к шлюзу.

Корабль встретил меня картиной хаоса и разрушений. Я зря опасался встретить здесь сопротивление. В темноте внутреннего пространства не осталось ничего живого и способного бороться. Все внутренние помещения несли на себе следы ожесточенного боя с применением плазменных гранат и вооружения.

Центральный коридор, что вел в рубку управления и каютам командного состава выгорел в буквальном смысле. Система пожаротушения не справилась и все, что могло гореть сгорело. Судя по следам, нападающие умылись кровью. Экипаж дрался за каждый метр внутреннего пространства судна. Буквально вгрызаясь зубами в стальные переборки. Коридоры были завалены остовами боевых роботов. Обгоревшие с рваными ранами от попадания кинетических снарядов они казалось, смотрели на меня с немым упреком в оплавленных оптических сенсорах.

Двери рубки были разворочены направленным взрывом. Мощность заряда ужасала. Бронированную дверь метровой толщины вывернуло, словно консервную банку. Пилотский ложемент и ложемент капитана имели следы попаданий плазменных зарядов. Шахта управляющего искина была вскрыта, а сам искин отсутствовал. Кто — то постарался не оставлять следов.

— ДА! Одной уборки тут на месяц — озвучил я свои мысли вслух.