— А что ты думаешь по поводу маски непробиваемого безразличия? — Голос Фэй звучал язвительно и недружелюбно, но Пол осознавал, что больше никогда слова «равнодушие», «бессердечие», «холодность» не будут у него ассоциироваться с этой женщиной.
— Я обидел тебя. — Полу хотелось оправдаться, объяснить ей все. Но как это сделать?
— Да, ты действительно обидел меня. Но, должна признать, ты дал интересную и весьма необычную характеристику женщине, с которой едва знаком.
Заметив, что Фэй придвинулась ближе, Пол растерялся.
Он не знал, как вести себя. В конце концов он нашел занятие — решил изучить окружающую обстановку. Пол не ошибся — он действительно сидел на диване. Комната, в интерьере которой преобладали зеленый и белый цвета, выглядело довольно уютной.
Фэй устроилась поудобнее, поджав под себя ноги. Только теперь Пол обратил внимание на ее наряд. Под прозрачной верхней юбкой находилась более короткая — из шелковой ткани желтого цвета. Фэй провела ладонями по бедрам, и Пол с удивлением отметил, что сейчас ничто в Фэй не напоминает ему о строгой, скучной, неприглядной серой мышке.
— Я признаю свою вину.
— Дихотомия — интересное явление, не так ли?
Искушение. Соблазн. Сладостная пытка. Фэй с интересом наблюдала за выражением лица Пола. Он увлечен, заинтригован, удивлен. Он восхищается новой, неизвестной ему до сегодняшнего вечера Фэй Баркли и не пытается скрыть это.
На ее щеках играл румянец. Какое необыкновенное очарование придавал он милому лицу Фэй! Пол чувствовал, что и она волнуется, и для нее этот вечер необычный, непредсказуемый…
Не желая мириться с тем, что в придуманной Фэй игре он имеет мало власти, Пол ответил на поставленный вопрос:
— Дихотомия? У всего в этой жизни имеется два лица, две стороны.
Какая-то из них бывает довольно неприглядной.
Пол вновь вспомнил жену своего отца. В обществе друзей Кэтрин умела казаться благодушной и дружелюбной, любящей, заботливой женой.
Наверное, ложным обаянием, милыми улыбками она и очаровала когда-то Роберта Гарднера. Пол любил отца и близко к сердцу принимал его страдания. В последние годы источником всех его бед являлась эта женщина, настоящий хамелеон, в мгновение ока превращающаяся из милого создания в бессердечную хищницу. Способность вести себя по-разному в зависимости от ситуации, склонность некоторых людей к душевной мимикрии была знакома Полу не понаслышке.
