В ее планы входила только невинная игра — в течение всего одного вечера. Любое продолжение, сексуальная близость были непозволительными для Фэй — ведь все это могло плачевно сказаться и на ее чувствах, и на карьере. Фэй хотелось надеяться, что Пол снисходительно отнесется к ее сегодняшней выходке.
— Ты сказал, что голоден. — Она встала с дивана.
— Как волк, — подтвердил Пол.
Фэй подошла к столу, сервированному для ужина.
— Я думал, ты расположилась в отеле.
— Здесь гораздо удобнее, — отозвалась Фэй, обрадовавшись возможности переключиться на безопасную тему.
— Эти коттеджи такие милые. Есть садик, зелень вокруг.
Она окинула взглядом вазу с виноградом и блюдо с красиво нарезанным и уложенным сыром. Угощение было тщательно продуманным и составляло часть плана Фэй. Обидные слова Пола заезженной пластинкой крутились в голове Фэй, и, вспоминая их, она заново переживала боль. А боль порождала желание проучить Пола, и это придавало Фэй силы. Что ж, ему надолго запомнится сегодняшний вечер.
— А ведь номера заказывала моя секретарша. Ты должна была поселиться на том же этаже, где и я. В другом конце коридора, — продолжил Пол.
— При желании можно снять целый домик, особенно если в этом есть необходимость. — Фэй переставила вазу с виноградом на маленький столик возле дивана.
— Сегодня у тебя возникла такая необходимость. — Пол довольно улыбнулся.
— Если это льстит тебе, можешь считать, что так. — Фэй отщипнула виноградину. — Ты любишь виноград?
— Ну, если бы меня очень попросили, я не отказался бы…
Нужно сделать это сейчас или я вообще не решусь, подумала Фэй и, придвинувшись ближе, прильнула к губам Пола.
Его первой реакцией было удивление, на смену которому пару секунд спустя пришли неописуемый восторг и наслаждение. Каким долгожданным, каким пьянящим был этот поцелуй! Пол принимал ласки Фэй жадно и страстно. Казалось, что оба позабыли обо всем на свете, растворились в сладостном, продолжительном поцелуе. Руки Пола, горячие, нежные, гладили Фэй по плечам, обнимали ее, и она чувствовала, что сердце готово вырваться из груди, — так учащенно, неистово колотилось оно, эхом отзываясь в висках.
С Фэй еще ни разу не случалось ничего подобного: она никогда не теряла контроль над собой. Осознавая свою чувственность и темпераментность, она понимала, что проявить себя полностью сможет лишь с единственным мужчиной, с тем, который пробудит в ней истинные чувства и сильную страсть.
