Трепещущие на ветру волосы придавали ее облику какую-то особую романтичность. Не устояв перед соблазном прикоснуться к шелковым прядям, Пол, одной рукой продолжая управлять машиной, другой провел по голове Фэй.
Фэй закрыла глаза и откинулась на спинку сиденья, восторженно принимая пьянящие ласки — руки Пола и ветра, — играющие в ее волосах.
— Райское наслаждение, — пробормотала Фэй.
— Подожди, мы еще не приехали. Сейчас ты поймешь, что такое настоящий рай.
Минут через сорок они выехали на проложенную параллельно побережью дорогу, вдоль которой располагалось множество роскошных особняков.
Каждый дом представлял собой потрясающую картину: аккуратный ухоженный дворик, садик и бассейн, лужайка… Все говорило о том, что в этих домах живут не одинокие люди, а семьи.
— Ты никогда не представлял себя на месте тех людей, которые живут в таком доме, окруженные потрясающей красоты природой? — спросила Фэй.
Пол многозначительно усмехнулся.
— Все детство я провел в небольшой квартирке с двумя спальнями.
О таком замке не приходилось и мечтать.
Он вздохнул, и Фэй поняла, что затронула больную тему. Фэй тут же попыталась исправить ситуацию и перевела разговор в другое русло.
— Знаешь, когда я была ребенком, по окончании сезона в скаутском лагере мои родители отвозили меня на несколько недель в пригород. — Она слегка поморщилась, но продолжила: — Меня оставляли на попечение тетки, а сами отправлялись на целый день на какую-нибудь экскурсию. «Ты остаешься дома, Фэй. Ты еще слишком мала, чтобы разбираться в архитектуре», — произнесла она, старательно имитируя голос матери.
— Очень мило.
— Очень «мудро». Удачно сплавив меня тетке, они прекрасно проводили время в романтических поездках или загорали на пляже. По возвращении все разговоры матери сводились к подробным описаниям их впечатлений. Иногда такие прогулки занимали у них один день, но, как правило, несколько — это зависело только от их прихоти.
— Наверное, тебе не нравилось оставаться дома.
Фэй крепко обхватила себя за плечи, как будто это могло помочь ей подавить поток неприятных эмоций.
Воспоминания ожили и казались сейчас реальностью. Фэй как будто слышала голоса родителей, видела со стороны себя — маленькую, никому не нужную, несчастную девочку.
— Мне не нравилось постоянно быть лишней — в тех случаях, когда родители изредка брали меня куда-нибудь с собой. О моем существовании они как будто забывали.
— Как тебе удавалось справляться с одиночеством?
— О, я много мечтала.
