Долгожданный любовник

В ответ отец Блэя низко поклонился, а мать сделала реверанс.

Два очка предкам Блэя. Куин не мог поверить, насколько спокойно они себя повели, после того, как он поделился с ними новостью о беременности… и они остались точно такими же добродушно-веселыми, избавляя Лэйлу от скованности.

Блин, они такие сколько Куин их знает, не отравленные всем этим глимерским дерьмом, не заботящиеся об осуждении аристократии, без колебания готовые поступать правильно.

Не удивительно, что Блэй такой хороший…

— Он на подходе, — прокричал Ви из кромешной темноты бильярдной.

— Народ, пора разбегаться… прямо сейчас.

Когда они поспешили прочь, Лэйла оглянулась через плечо и просияла.

— Я так за тебя рада!

Куин улыбнулся в ответ.

«Вот-вот наступит тошнотворный момент», подумал он, поворачиваясь и вставая лицом к входу в особняк.

В затихшем доме при неподвижных свечах он ждал, чувствуя себя полностью оцепеневшим.

«Блин, это бессмысленно», думал Блэй, спеша через двор.

Он до сих пор не понимал, как оказался в смокинге.

Бутч выкинул какую-то историю о необходимости Блэя стать наглядным пособием, то есть живым манекеном в этом шмотье для Вишеса в надежде, что тот прикупит его. Но это сумасшествие. Бутч мог просто достать один из своих четырех смокингов и самолично устроить показ.

Тем более, никто не способен уломать на что-нибудь Ви. Брат не поддавался убеждениям.

Чем бы это ни было, Блэй просто хотел поскорее с этим покончить, а потом поспешить наверх в надежде, что Куин еще в теплой постели.

Когда он взбегал по ведущей к главному входу в особняк лестнице, посыпанная на ступенях соль как дрова в огне потрескивала под блестящими туфлями, а оказавшись в вестибюле, он потопал ногами, чтобы стряхнуть с обуви снег пока тот вконец ее не испортил.

Подставив лицо камере безопасности, он…

Дверь открылась, и сначала Блэй не понял, на что уставился. В фойе было темно… нет, не совсем так. В каждом углу горели свечи, свет которых отражался от золотой балюстрады, люстр и зеркал…

В центре огромного пространства стоял Куин.

Один.

Блэй на ватных ногах перешагнул через порог.

Его любовник и друг оделся в смокинг, красивее которого Блэй никогда не видел… но, опять же, дело было не столько в одежде, сколько в мужчине, который ее носил: черный пиджак оттенял его поставленные шипами волосы, от белизны рубашки смуглая кожа будто светилась, а покрой… служил напоминанием о том, как совершенно тело воина.

Но, на самом деле, не на это обратилось все его внимание.