Долина кукол

Я уже прозондировал почву, но наша наживка – это Нили. Удержать ее нам нужно во что бы то ни стало.

– Что ж, тогда ступай к ней и принимайся за обработку.

– Уже принимался. Послушай, Лайон, давай смотреть фактам в лицо – я ей никогда не нравился. Это сходило только в начале – тогда у нее не было выбора. А теперь она пользуется ошеломляющим успехом и может себе позволить не любить меня. Вчера вечером она назвала меня жирным боровом. Представь себе: эта корова называет меня свиньей. Нет, Лайон, теперь твой черед.

* * *Лайон сидел в гримерной Нили. Дневное представление подходило к концу. Он посмотрел на телеграммы, которыми было облеплено зеркало: каждая крупная звезда шоу-бизнеса прислала поздравления с пожеланиями всего доброго. Раздались оглушительные аплодисменты, оркестр сыграл под занавес заключительную мелодию, и Лайон весь подобрался, приготовившись к сражению.

Обнаружив его в гримерной, Нили была приятно удивлена.

– Слава богу, этот жирный боров, твой компаньон, сегодня не явился.

– Нет, спасибо. Как насчет того, чтобы пообедать вместе?

– Прекрасно. Анна будет с нами?

– Нет, только мы вдвоем. Нили весело рассмеялась.

– Джордж вводит в бой свои главные силы, да? Ну так вот, разъезжать по гастролям я больше не намерена. Но с тобой я пообедаю. Где подают приличных улиток?

– Поедем к «Луизе».

– Прекрасно. Можно, я наемся до отвала? Хочу, чтоб было вволю масляного чесночного соуса, хочу поджаренного ржаного хлеба и хочу макать его туда. Вот в чем преимущество сольных выступлений на сцене – рядом нет ведущего, который бы кривился от чесночного запаха. – И она печально добавила:

– И вообще у меня нет мужчины, о котором я могла бы позаботиться после выступления.

– Скоро появится, – сказал Лайон. – Весь Нью-Йорк у твоих ног.

– Вот именно, что «у ног». А в руки взять некого. Мне нужен мужчина. И уж теперь я буду тщательно выбирать. У меня, конечно, не сорок шестой размер, но я и не страшилище. И не просто переспать – мне нужен человек, который заботился бы обо мне… которого бы я уважала… которого бы любила.

– Давай обговорим это за улитками, – предложил он. Нили заказала себе две дюжины улиток. Лайон – всего шесть и, нехотя ковыряя их вилочкой, выслушивал ее жалобы.