Дом для Гвидона

И каждый раз что-то мешало – то не хотелось портить чужую радость, как в тот день, когда сияющий Светозар объявил, что старший сын поступил в архитектурный институт. То случалась долгожданная возможность расстаться с жизнью, Гвидон попадал в госпиталь, приходил в себя под знакомые гневные вопли и не осмеливался усугубить командирское недовольство. Первый раз помешало разжалование Светозара, а потом, в Усть-Белянске, долго было не до разговоров – им выпал тяжелый год, полный проблем.

Время сыграло коварную шутку.

За ворохом ежедневных забот Гвидон начал забывать, что совершил преступление. Ушла острота, воспоминания всплывали только после ночных кошмаров и вызывали глухую боль – как при зажившей ране. Теперь он уже не знал, как заговорить со Светозаром.

«Понимаешь, восемь лет назад…»

«Я хочу тебе рассказать о том, что случилось десять лет назад».

Годы пролетели как-то незаметно. Вроде бы и отмечались вехами: кто-то уволился, кого-то наградили, старший сын Светозара закончил институт, средний поступил в университет.

Пару лет назад Гвидон твердо решил покаяться, но сначала взорвался вместе с террористом и грузовиком, потом мешали чужие свадьбы и постройка забора, а на Изгнание Снопа в госпиталь загремел Светозар, отхвативший обойму пуль в живот, и сразу стало не до давних грехов – пришлось принять командование отрядом на месяц.

Сентябрьский сон взбаламутил давний осадок. На этот раз Гвидон почувствовал неизбежность разоблачения – и кожей, и каждой шерстинкой. Кусочек теплой осени, солнечный октябрь, разлинованный золотым листопадом, он потратил на приведение дел в порядок.

И на обдумывание планов, претерпевших некоторые изменения за годы. Письмо по-прежнему лежало в брошюре – переезжало из Лисогорска в Усть-Белянск, снова в Лисогорск и в Ключевые Воды. Гвидон его перечитал, и не стал ни переписывать, ни исправлять. В конце строк стояла дата. Этих показаний, зафиксированных по относительно свежим следам, должно было хватить за глаза.

Он порадовался тому, что не завел долгосрочных отношений.

Сколько раз Светозар пытался его пристроить в хорошие руки – не перечесть. Гвидон наловчился сбегать со второго свидания: на первое его конвоировали, а на втором-третьем оставляли без присмотра – можно было прыгнуть в машину и смыться на рыбалку на три дня. А потом месяц прятаться по гаражам, коротая выходные, чтобы не попасться на глаза Светозару. Наверное, если бы промелькнула искра, он бы поддался искушению, подбросил дров в любовный пожар.