Дом для Гвидона

Горы тоже были знакомы: Гвидона заносило и в элитные поселки, где жили обеспеченные мраморные и янтарные лисы, полярные волки и шакалы, и в нищие селения на границе с алыми графствами.

Что только не всплывало в памяти: и как пьяного волка уговаривали не прыгать с двадцатипятиметровой трубы котельной, тихо поражаясь тому, как он ухитрился туда залезть, да еще и с рупором. Как искали трех женщин, заблудившихся в тумане в лесу – бегали и орали вместе с МЧСниками. Как поймали и на месте отоварили дубинками двоих гаденышей, повадившихся разбивать памятники на кладбищах и мочиться на могилы.

Как вытаскивали из ила завязшую корову, потому что бабка очень просила, а Светозар сказал: «Давайте привяжем и машиной дернем». Как удачно врезались БТРом в грузовичок с мандаринами прямо перед Днем Подарков – мужику на рынке стоять не пришлось, компенсация от Минобороны все покрыла, а им и куче зевак по мешку мандаринов перепало. Чего только ни было… иногда смешно, а иногда страшно вспоминать.

К дому Влады, жившей в пригороде Лисогорска, Гвидон добрался спустя десять дней – если считать от побега.

Почти все время шел пешком, покупал продукты на маленьких рынках или в сельпо, уходил в лес, ужинал, подогревая воду в кружке на сухом спирте, сооружал лежанку из еловых или можжевеловых ветвей, перекидывался и спал без снов. Он оброс бородой, выглядел жутковато – это читалось во взглядах продавщиц – и жалел, что растаял снег. На длину бороды это не влияло, но волк пару раз купался в сугробах. А в холодную воду они оба не хотели заходить, и дружно признавали, что начали попахивать. И еловый аромат это не отбивал.

И купание, и пополнение запаса горючих кубиков Гвидон внес в ближайшие планы – если только не придется поспешно удирать от сидящих в засаде оперативников.

Признаков засады не было – за четыре петли вокруг района частных домов он не увидел ничего подозрительного. Кнопки кодового замка просели под пальцами, откликнулись гулким щелчком. Гвидон открыл калитку, вошел во двор, принюхиваясь и оглядываясь, и тихонько постучал в светящееся окно.

За занавеской мелькнула тень. Кто-то услышал: сама Влада или ее сын – это было окно гостиной.

Вдалеке раздался скрип – открылась входная дверь.

– Это я, – негромко сообщил Гвидон. – Влада, я ненадолго. Можно зайти?

Шорох, стук двери. Через время снова скрип и шорох, звук знакомых шагов.

– Я все знаю, – сказала Влада, остановившись в паре метров. – Меня допрашивал дознаватель. Уходи.