После этого документы нам вообще ни разу не понадобились, но сердце грело их наличие. Хорошо быть мальчиком-подростком, это я оценила, да. Я выглядела достаточно большой, чтобы отцепиться от материнской юбки и путешествовать самостоятельно,и в то же время недостаточно взрослой, чтобы вызывать в людях недоверие или подозрение в плохих намерениях.
А уж младший «братишка» с широко распахнутыми наивными глазами и очаpовательными светло-русыми кудряшками вызывал в окружающих исключительно умиление – ребёнком Ронни был прелестным.
А учитывая, что у меня были достаточнo тонкие черты лица, а светлые волосы тоже заметно вились, в качестве братьев мы смотрелись весьма убедительно.
Вот так мы и ездили по всему королевству, побывали на море, Ронни и Кейси даже искупались в нём, последняя – тайком, я, по понятным причинам, нет, а так хотелось. Поплавали на речном корабле на магической тяге, один раз даже на дирижабле летели. От полёта мои дракончики пришли в неистовый восторг, Ронни начал мечтать, как смо?ет так же подниматься к небу, когда егo крылья вырастут и окрепнут, а вот я особого удовольствия от полёта не получила, было жутковато.
Пока же крылья дракончика смогли бы поднять разве что голубя, но когда мы оказывались в одиночестве, ?онни усердно тре?ировался владеть ими. И если поначалу не мог даже слегка шевельнуть новой парой конечностей, то сейчас вполне убедительно махал ими. Выглядело это так, словно на его спину села крупная летучая мышь и пытается утащить дракончика в своё гнездо, но это же только начало.
Крылья росли – за неполных четыре месяца с тех пор, как они прорезались у Ронни, выросли почти в два раза. Сам Ронни тоже рос, хотя и не так быстро, как его крылья, но тоже заметно. С того дня, как я его встретила, дракончик вырос где-то на голову, как впрочем и Кейси, но oна всё равно оставалась крохой, особенно на фоне брата.
Не рос только Рики. Но, по подсчётам Ронни, через месяц-другой он вылупится и тоже начнёт расти.
И лишь я уже больше не вырасту.
– Мам, мам, смотри, какой красивый платочек! – послышался голос Кейси, когда мы проходили мимо прилавка со всякими платками и шалями. Я притормозила, Ронни тоже.
– Красивый платок, – повторил он за сестрой.
– Какой? - уточнила я.
– Тот, голубенький, с розовыми цветочками! – восхищённо выдохнула Кейси.
– Этот, - Ронни ткнул пальцем в единственный голубой платок среди прочего разноцветья.
– Да-да, он! – обрадовалась Кейси.
