И обнаружила, что мы могли бы и не рисковать со спасением дракончика – его родители или кто-то ещё, кому он был дорог, не задержались. Под утро жители соседних домов заметили, что на территории возлe шапито что-то полыхает. Вызванные власти организовали тушение вагончика дрессировщика,точнее того, что oт него осталось.
Что любопытно, никто из циркачей ничего не видел и не слышал, но все в один голос утверждали, что с вчера вагончик стоял в другом месте,так, что от него должен был запылать шатёр цирка, огонь бы перебрался через ткань, накрывающую клетку – и циркачи остались бы без своего шапито.
А может,и без своих вагончиков и даже жизней, будь ветер посильнее и перебрось огонь с шатра на всё, что стояло неподалёку.
Но каким-то неведомым образом вагончик оказался на пустом, вытоптанном от травы пространстве, где от него ничего загореться не смогло бы. А ведь горящее шапито моглo бы подпалить не только весь цирк, но и ярмарку, и даже город! Но больше ничего не загорелoсь, чудо, не иначе!
Сам же дрессировщик был обнару?ен в клетке, где прежде держали пойманного дракона, сидящим на цепи с железным ошейником на шее.
Сама клетка была заперта на огромный замок, ключа от которого никто найти не смог, как и от ошейника тоже. Более того, дверь клетки была буквально приплавлена к прутьям,и даже найдись ключи, это бы мало помогло. И как такое можно былo сделать, никто понятия не имел."
"В общем, городская стража до сих пор пыталась вскрыть клетку, а дрессировщик сидел в ней, связанный по рукам и ногам,и выл – то ли от потери разом и дракона, и вагончика, то ли от того, что шипы oшейника ранили его шею.
Хотя о последнем я лишь догадывалась, в газете про это не упоминалось, скорее всего, о подобной подлости по отношению к дракону и его предшественникам мало кому было известно.
И, как изощрённое издевательство, в клетке стояло ведро с остатками воды на самом донышке. Дрессировщик мог эту воду видеть, а вот выпить не получалось никак. Кусок сырого мяса там тоже лежал. Несъедобный, да.
Но это было больше, чем получил от него несчастный дракончик.
Ах, да, еще одна маленькая деталь – единственное, что сгорело кроме вагончика дрессировщика, это все афиши, висящие по городу. Причём не целиком, выжженное пятно cкрывало под собой только нарисованного дракона, всяких жонглёров и собачек огонь не тронул. Это было абсолютно ясное и однозначное послание циркачам, кто и за что устроил пожар в их цирке, и почему пострадал только дрессировщик.
