А Стрельцов прислушивался и не боялся риск на себя брать и отвечать по полной программе!
И сейчас он чувствовал теплом сердечным «правой тропинки» — а что выдумывать, вместе надо жить! Боязно там не боязно, трудно не трудно, и не знаем почти друг друга, и сложно — разберемся!
С таким настроением и полетел поздно вечером в пятницу в Москву, пережив маетой душевной как-то эту неделю. И сразу позвонил Инге, как только приземлился самолет.
— Я прилетел, — и попросил: — Давай ты в гостиницу приедешь.
Я через часик туда доберусь, а к вам завтра. Упахался я что-то и соскучился страшно.
— Давай! — звенела голосом Инга.
Стрельцов оформлял заселение у стойки портье, когда она впорхнула в холл гостиницы. Раскрасневшаяся, с развевающимися полами расстегнутой шубки, улыбающаяся, искрящаяся вся в предчувствии встречи.
У него аж дух захватило, такая она казалась ему необыкновенная, горящая, родная. Стрельцов засмотрелся, словно они год не виделись.
— До номера доберемся? — спросил Игнат, разглядывая ее близко, прижав рукой к своему боку.
Портье деликатно кашлянул, напомнив о необходимости взять ключ для начала, чтоб добраться до цели назначения.
— Спасибо, — сдержанно поблагодарил Стрельцов.
Ну, что, господа, — девочка дорвалась! Как ребенок до коробки запрещенных конфет, который торопливо, пока не поймали на горячем, засовывает их полный рот и, с трудом пережевывая, испытывает самое настоящее, неподдельное, счастье!
Впрочем, Стрельцов тоже дорвался до своей «конфетки счастья», куда вся усталость делась!"
"Отдышавшись после страстей стремительных и ярких, они заказали в номер ночной перекус, часа через два.
— Когда родители прилетают? — поинтересовался Стрельцов, выходя из ванной, оборачивая бедра полотенцем.
— Смешно, — заметила Инга, рассматривая его очарованным взглядом. — Машка с Федей, когда говорят о нас с тобой, называют нас в связке «родители». Спрашивают меня: «Мы в субботу на каток собрались, родители, вы с нами?» А ты про маму с Дмитрием Николаевичем: «Когда родители приедут?»
— Вот такая загогулина судьбы.
Микс из двух семей, — усмехнулся Стрельцов и забрался к ней в кровать. — Так во сколько родители прилетают?
— В двенадцать десять дня.
— Вдвоем поедем или дети с нами?
— Места не хватит. Я заказала машину на работе, которая, заметь, не автобус.
— А ты обратила внимание, что мы обсуждаем общие семейные дела? — загадочно спросил Игнат.
