Адрес она знает, она же приезжала на их свадьбу и жила у нас здесь.
— Да, точно, — вспомнил Игнат немного растерянно. — Машка ездила тогда на свадьбу, а я в командировке в Германии был и не смог приехать. — И вдруг до него дошло окончательно. — Так она точно здесь?
— Точно, точно, — уверила Инга. — Хотите посмотреть?
— Нет, — отказался Стрельцов, подумав.
От облегчения, низвергнувшегося на него, он почувствовал, как киселем расслабились мышцы, и в глазах аж защипало, пришлось их снова сильно потереть пальцами.
Слава тебе господи! И что? Уже не надо нестись в неизвестность? Разыскивать, в милицию обращаться? Что, не надо?
Кажется, хозяйка его о чем-то спросила? Ах да, предложила посмотреть на спящую дочь!
— Нет, — повторил он, — а то не удержусь, разбужу и такого наваляю, по первое число! По-хорошему выпороть бы ее надо! — Он посмотрел на Ингу и признался: — Перепугался страшно! Когда понял, что отца нет и она его не нашла, а на дворе ночь и неизвестно, куда она могла деться и что с ней.
Инга покивала понимающе, сочувственно улыбнулась и предложила принятый в таких ситуациях простейший «антистресс»:
— Может, вам коньяку выпить?
Стрельцов призадумался — коньяку оно, конечно, очень бы здорово и именно то, но еще ехать искать гостиницу, заселяться, а его развезет в момент, вот сто пудов!
От чаю, коньяка и отпустившего все силы воли облегчения.
Непроизвольно тяжело вздохнув, он уж собрался с большим сожалением отказаться, но его отвлекли странные звуки где-то в коридоре, приближающиеся к кухне, нечто напоминающее постукивание по полу.
Усилившись, звуки вдруг оборвались. Игнат недоуменно уставился на дверь, которая, дернувшись пару раз, начала медленно открываться.
В образовавшуюся щель просунулось небольшое свинячье рыльце, подтолкнуло створку, и, процокав по полу копытцами, в кухне появилась пегая маленькая свинка, серого окраса с темными пятнами. Стрельцов оторопел от такого театрального появления, словно прилет инопланетян наблюдал, и даже заподозрил, как тогда, у дверей в квартиру, что от усталости и стресса он того, сдвинулся немного разумом в восприятии окружающей действительности.
Или много.
— А вот и Степан Иванович собственной персоной, — представила Инга животное с особой серьезностью, прямо как директора предприятия какого при авторитете.
— Это тот самый боевой хряк? — начал выяснять Стрельцов, приходя в разум.
— А то! Зверюга, говорю вам! — сделав «страшное» лицо, уверила с воодушевлением Инга.
