Впрочем, в Анголе каждый белый человек был на виду, а уж она-то, Русская Варя, и подавно.
Русской Варей ангольцы прозвали ее двадцать лет назад, когда она только приехала в Анголу вместе с мужем.
– Куда иголка, туда и нитка, – сказала бабушка, едва Варвара объявила о своем отъезде в Африку. Бабуля и бровью не повела, что доктор права бросает работу и уезжает рядовым волонтером в гуманитарную миссию. Милая бабушка. Ей досталось успокаивать слезы мамы и беспокойство папы. Рад был только Игнат. Он смотрел на сестру расширенными от восторга глазами и, выбрав момент, шепнул, что при первой возможности сбежит вместе с ней.
Самой Варваре ехать в Анголу совершенно не хотелось, но она была до сердечной боли влюблена в Этьена, а муж, в свою очередь, мечтал стать вторым доктором Швейцером и спасать человечество.
Этьен вошел в ее жизнь долговязым, нескладным студентом с толстыми линзами очков под Джона Леннона и очаровательной улыбкой ребенка. Варвара познакомилась с ним на ступенях Сакре-Кер, всегда заполненных молодежью и туристами.
Был поздний вечер. В синем бархате парижских сумерек золотой вышивкой блистал электрический свет фонарей на Монмартре. Теплый ветер нежной лаской касался волос и кружил голову неясным предчувствием то ли любви, то ли счастливых перемен, которые ожидают невдалеке.
Выбрав свободное место, Варвара опустилась на нагретые каменные ступени и стала слушать, как группа молодых людей наигрывает на гитарах итальянскую баркаролу. Один юноша поймал ее взгляд и улыбнулся в ответ.
Просто улыбнулся, но от его улыбки в душе что-то перевернулось и сладко заворочалось, согревая теплом озябшие плечи."
"Назавтра Варвара снова пришла к Сакре-Кер. Молодой человек уже был там и, заметив, помахал рукой как старой знакомой. Варвара думала, что ее сердце вылетит из груди и мячиком скатится под гору.
У нее в сумке был багет и кусочек сыра, поэтому она не нашла ничего лучшего, как спросить:
– Хочешь сэндвич?
– Конечно хочу.
Они сидели на ступенях собора, смотрели на раскинувшийся внизу Монмартр, ели багет и были безмерно счастливы тем особым счастьем, когда знаешь, что небо ясное, птицы поют, а впереди жизнь без конца и без края.
Семья Этьена встретила Варвару в штыки.
Его родители жили в многоквартирном доме на окраине Парижа, где селилась городская беднота. Исписанный лифт со скрипом поднялся на шестой этаж, выпустив пассажиров на крошечной лестничной площадке унылого серого цвета.
