Но самое страшное – мама была старой!
– Та тетенька в старой кофте – твоя бабушка? – ехидно спросила большеглазая девочка с охапкой пунцовых цветов. На голове у девочки качал гофрированными лепестками огромный капроновый цветок. У Жени было ощущение, что его ударили по лицу. Едва не плача и трясясь от стыда за мать, он неразборчиво буркнул:
– Я вообще не знаю эту Бабу Ягу."
"Школа, преобразованная в гимназию, находилась в центральном квартале и считалась престижной. Утром подъезды к школе перекрывал поток дорогих машин, выплевывавших наружу папенькиных дочек и маменькиных сынков.
Их жизнь казалась мальчику Жене волшебной сказкой, наполненной игровыми приставками к телевизорам, видеоплейерами, и, само собой, белоснежными холодильниками со всякими вкусностями. Воображение рисовало связки вареной колбасы, коробки с соками, жареную курицу, от которой всегда можно оторвать хрустящую ножку. И мороженое!
Мама покупала мороженое только по выходным – ему и Галочке. В отличие от сестры, которая неряшливо размазывала мороженое по лицу, Женя проглатывал свою порцию в один миг.
От этого в животе становилось пусто и холодно. Дошло до того, что он перестал ходить в столовую – боялся торопливой едой выдать вечный голод. В царстве сытых он чувствовал себя чужаком, пока внезапно не понял, что с легкостью умеет управлять людьми. Главное, вовремя угадать то, что человек хочет услышать. Новое знание подарило ему сладкое и тайное чувство превосходства и наслаждения своей властью.
С виртуозностью опытного пианиста он как на рояле играл на маленьких человеческих слабостях.
Его одноклассники и учителя вдруг предстали перед ним бумажными куклами, которых он может разложить на парте по своему усмотрению. Удивительно, что кроме него никто из учеников не догадался подметить тоску в глазах одинокой учительницы и ласково погладить ее по руке. Сына директора школы он поставил на место, рассорив с дочкой депутата горсовета. Хулигана Яковлева оказалось достаточно подначить угнать отцовскую машину, и наутро тот пришел с зареванным лицом и подбитым глазом.
Манипулируя людьми, Евгений Борисович играючи окончил школу и сразу после совершеннолетия потребовал от родителей размен квартиры, чтобы подальше уехать из ненавистного Нижнего Новгорода и начать жизнь с чистого листа.
Он не хотел быть первым или главным, он жаждал стоять над всеми – стать властителем душ, чтобы народы и судьбы подчинялись воле его руки.
