Дом Люцифера

А потом послал Надаля аль-Хасана и его людей устранить ее.

Сидевшие в гостиной мужчины испустили дружный вздох облегчения. Напряжение сразу же спало. На протяжении более чем десяти лет они трудились напряженно и самоотверженно, рисковали не только работой, но и своими жизнями, и теперь никому из них не хотелось терять готовое свалиться в руки богатство.

— К сожалению, — продолжил Тремонт, — все попытки сделать то же самое с ее женихом и коллегой по работе провалились. Ему удалось уйти. Возможно, она успела что-то сказать ему перед смертью.

Джека Макграу, что называется, осенило.

— Так вот почему аль-Хасан здесь! Я сразу понял, что неспроста!

Тремонт покачал головой.

— Думаю, не стоит придавать этому такое уж большое значение. Я послал за ним только для того, чтобы знать, как обстоят дела сейчас. Я рискую больше, чем кто бы то ни был. И полагаю, что сейчас, как никогда прежде, нам надо держаться вместе.

В комнате воцарилась напряженная тишина. Первым нарушил молчание Хавьер.

— Хорошо. Тогда давайте послушаем, что он нам скажет."

"Поленья в камине догорели, лишь подернутые пеплом угли мерцали красноватыми отблесками. Тремонт подошел к камину и надавил на кнопку, вделанную сбоку в резную каминную доску. И в гостиную вошел Надаль аль-Хасан, а следом за ним — Билл Гриффин. Аль-Хасан встал рядом с Тремонтом у камина, Гриффин остался стоять чуть поодаль, у двери. Аль-Хасан рассказал присутствующим о звонке Софи Рассел Тремонту, о том, как ее убили и уничтожили все материалы и свидетельства, которые могли бы связать вирус с проектом «Гадес».

— Так что теперь никому не удастся связать нас с этой Рассел или вирусом, — заключил он, а потом добавил: — В том случае, если она не успела рассказать все Смиту.

— В том случае! — передразнил его Макграу и нахмурился.

— Согласен с вами, — кивнул аль-Хасан. — Нечто навело Смита на мысль, что смерть ее не была случайностью. И он вплотную занялся расследованием, наплевав на основную свою работу.

— Он может нас вычислить или нет? — спросил Джордж и нервно заерзал в кресле.

— Кто угодно может вычислить кого угодно, если займется этим всерьез и вплотную. Вот почему мне кажется, что этого Смита тоже надо устранить.