Дом на берегу океана

Ведь действительно, все эти Питкэрны, Хендерсоны и Флиндерсы еще не родились!

— И что ты предлагаешь? — поинтересовался дядя Миша.

— Мое племя не сохранило названия, которое дали этой земле первые переселенцы с Мангаревы, — начал Поль, — но зато отсюда начинается возрождение нашего народа…

Тут парень сделал паузу, и я понял, что надо срочно вмешаться, пока на картах не появился какой-нибудь остров Никоявления. И заявил:

— Значит, надо назвать его Изначальным, ведь именно здесь берут начало все наши дела.

Поль вздохнул, но согласился.

С Питкэрном особых проблем не возникло: местные жители называли свой остров Рапаини, и это имя было просто утверждено нашей комиссией. Атолл Оэно получил название Пустышка, а все, что встретится нашей экспедиции, ею и будет названо, если там еще нет местного населения с достаточно высоким уровнем развития, при котором острова и материки приобретают общепринятые названия.

Так вот, право назвать землю, которую мы увидели впереди на пятнадцатый день после отбытия с Чатема, именующегося теперь Рекоху, было предоставлено Тонге.

И Флиндерс был назван в честь ее погибшей в бою с испанцами сестры — Манюниным островом, или просто Манюниным.

На восточном побережье острова имелось несколько лагун, и мы, выбрав самую крупную и с достаточно широкой протокой, вошли в нее. Она была куда меньше, чем на Чатеме, всего пять километров по длинной стороне и три по короткой, но зато в нее впадала достаточно широкая речка, так что чем дальше от океана, тем более пресной становилось вода.

Именно в устье этой речки, без особых затей нареченной Белой из-за ее очень чистой воды, мы и остановились. Разбили на левом берегу палаточный лагерь, обустроили его. Вытаскивать катамаран на берег пока не стали — в ближайшее время он точно понадобится, а при любом сколь угодно сильном ветре больших волн в лагуне не будет. Завтра предстояли экспедиции по изучению окрестностей места высадки, ну, а пока шла подготовка к торжественному ужину. Ведь если подумать, это был великий момент — впервые ноги обитателей Хендерсона, то есть, тьфу, Изначального острова, ступили на землю, где предстояло жить их детям, внукам и правнукам.

Два дня изучения местности показали, что лагерь мы поставили очень удачно, и именно здесь надо строить первый город новой страны. Во исполнение чего был открыт переход сначала в дачный гараж, потом на Хендерсон, и вскоре первая партия переселенцев восторженно озиралась на новом месте.