Дом незнакомцев

— Глупый ты человек, ты доведешь себя до смерти своей работой! — пожурила она его. — Ты еще не нашел новую секретаршу?

— Пока нет, Илена. Выпьем здесь?

— Нет, пойдем сядем, если у них есть свободный столик. Я хочу поговорить с тобой.

Пол заказал столик по телефону, и официант проводил их к нему. Принесли еду, и, хотя Илена ела с аппетитом, она заметила, что Пол едва притронулся к ленчу.

— Бедняжечка, ты так несчастен, разве нет? — сказала она, и Пол заметил у нее на глазах неожиданные слезы. — Пол, может быть, ты будешь менее несчастен, если я сделаю вот так? — Она сняла с пальца кольцо и положила его на стол.

Пол уставился сначала на кольцо, потом на Илену.

— Ты смотришь на меня как утка, которую ударил гром, — улыбнулась она.

— Да-а… ну… — Он провел рукой по волосам, в серых глазах стояло потрясение. — Как это понимать, Илена? Ты опять играешь или ты взаправду возвращаешь мне кольцо?

— Взаправду, Пол? Mon Dieu, эти твои нецивилизованные канадские выражения!

— Ты знаешь, что я имею в виду.

 — Он дотронулся до кольца, еще хранившего тепло ее руки. — Ты разрываешь нашу помолвку?

— Ведь именно этого ты хочешь, не так ли?

— Послушай, — лицо его затвердело от гнева, у глаз прорезались морщины, горькие складки залегли у рта, — если ты пытаешься играть со мной, Илена, черт побери, я сломаю твою лилейно-белую шейку… как я чуть не сделал это несколько недель назад.

Ее голубые глаза широко раскрылись.

— Я случайно услышал небольшой, но весьма откровенный разговор между тобой и Эрролом Деннисом на новоселье у Рут Стайн, — проскрипел Пол, сжав зубы.

 — Я собирался послать тебя к черту, но я медик и по необходимости понимаю некоторые вещи. — Его серые глаза в подробностях изучали экзотическое личико. — Я не хотел, чтобы ты сделала то, что пыталась сделать Надя. Потом этот случай со снотворными таблетками, которые мне пришлось отнять у тебя…

Она смеялась. Действительно смеялась. Потом она взяла свой высокий бокал с вином, сверкнув ногтями алого цвета.

— Ты самый милый человек на свете, Пол, и я по-настоящему люблю тебя, лучшей частью своей натуры… но, cherie, я слишком красива, чтобы умирать в нежном возрасте двадцати четырех лет.

Она подняла бокал с вином. Ее губы цвета красного мака ласкали краешек бокала. И Пол произнес слово, вряд ли приемлемое в хорошем обществе.

— Пол, cherie, — Илену, похоже, задело выражение, которое Пол только что использовал для ее описания, — между нами всегда был океан различий.