Если не ноги целовать, то всяко руки… необычайная милость, а мы тут носами крутим… что ждет Юкико, если меня не станет?
Ничего хорошего.
Определенно.
Другие-то покрепче, а она… дитя неразумное, привыкшее, чтобы о ней заботились. И пусть боится колдуна, но, оказавшись в ситуации, когда идти некуда, примет его предложение.
Покровительство.
Смирится.
И попытается приспособиться к новой жизни.
Он меня защищал! Что за… неужели тварь где-то там поет новую песню, тихую, что осенний ветер, но все равно преисполненную яда? Нельзя ее слушать.
Нельзя.
И не получается.
Выгодно… Араши? Она явно тяготится опекой…
Нет, в ней нет подлости.
Нет ли? Откуда тебе знать.
А слезливая Мацухито, которая в глубине души не одобряет перемен. Если матушка пообещала пристроить ее в хороший дом… мечта местных женщин… а матушка горазда на обещания. Она умеет слышать людей. И умеет говорить так, чтобы люди услышали и ее…
— Ты тоже слышишь? — Я повернулась к колдуну, который сидел, закрыв глаза.
Он кивнул.
— А вы?
— Что? — Шину моргнула. А взгляд туманный и плещется в нем что-то такое… не страх — сомнения. А ведь у каждой души свои струны. И если знать, как играть на них…
…тварь знает.
Она видит всех нас. И рано или поздно, но найдет ту, кто согласится…
Дежурить? Почему бы и нет, так даже лучше…
Бежать?
О да, бегите… вас встретят… им, другим, ничего не грозит, если послушают они голос разума… да-да, именно разума… ведь неразумно умирать всем и в этом доме.
— Хватит! — Я ударила ладонью по столу.
И девочки заморгали, выпадая из наведенного сна. — Надо что-то сделать…
…колокольчики.
В храме их висело множество. И в доме где-то оставались…
Фонарики.
Эти точно есть, и если помогли в русалочью ночь, то почему бы и сейчас им не сработать? Что еще…
— Мацухито, среди твоих трав есть такие, которые могут… отпугнуть это?
Оно заворчало.
Оно было крайне недовольно, и значит, мы на правильном пути.
— Полынь. — Мацухито всхлипнула, но как-то не слишком убедительно.
— И белая осина…
Колдун кивнул. И, почесав кончик носа, добавил:
— Соли бы…
Соль у нас имелась. Целый мешок соли, обошедшийся в приличную сумму. Она, привычная в моем мире, здесь стоила немало.
Соль рассыпали дорожкой у ворот.
И тварь заворчала.
Она уйдет.
На время.
Люди смешны. Думают, что умнее… сильнее… неправда… у людей нет времени, а у призрака целая вечность впереди…
— Это временные меры. — Кэед стояла, опираясь на стену.
