И стоит посочувствовать кому-то, как всенепременно ее подхватишь.
Я выживала слабых.
Доводила до слез, до истерик, до срывов. И увольняла со спокойной душой. В бизнесе нет места тонкой душевной организации. Мне казалось, что я права. А теперь…
Расплата?
Наказание?"
"И мой личный ад? Но… нет, в аду души мучаются, а я не чувствую себя несчастной. Напротив, жизнь моя обрела смысл. Раньше, там, дома, его не было. Точнее, мне казалось, что смысл имелся… заключить контракт, обойти конкурентов, сорвать очередной куш… провести переговоры и доказать всем вокруг, что я не утратила хватки.
Железная женщина.
Я воспринимала это за комплимент, особенно потом, после развода. Я заставила себя стать еще более железной, чтобы ни у кого и тени сомнения не возникло, что мне доступны простые человеческие эмоции…
Вода вздрогнула.
И снова.
Дождь?
Слезы.
Я не плачу. Там, дома, я запретила себе плакать, а здесь… Иоко вечно лила слезы, если не внешне, потому как слезы злили и матушку, и мужа, то в душе.
Она была именно тем типом человека, который я от души презирала: балованная с одной стороны и с другой — совершенно беспомощная.
И вот я…
Мы…
Здесь. Я коснулась воды, стирая слезу на призрачной щеке.
Для кого это шанс? Для обеих… ее душа ушла, так мне сказал дракон. И я ему поверила, ведь драконы мудры, но… вдруг да не совсем ушла? Вдруг то, что осталось, вовсе не память тела и эхо разума, как я себе представляла, а нечто гораздо большее? Мне стоит попросить прощения.
За что?
Ни за что. Просто так. Я… я постараюсь сделать так, чтобы ты, если вдруг обернешься, выпадешь из круга перерождений, увидела, что все это не зря…
— Спасибо. — Я судорожно вздохнула, и вздох этот прокатился по храму, тревожа и пыль, и солнечный свет, и белые одеяния статуи.
Здесь ее изобразили старухой.
Лицо из черного камня. Длинный нос. Глаза навыкате. Нижняя губа свисает, и видны кривые темные зубы.
Ее уродство столь велико, что само по себе завораживает. Но для меня сквозь эти резные черты проступают другие…
Она смотрит на меня.
Улыбается.
Она протянула руку, и я вложила в нее подарок.
— Не уверена, что поступаю верно, — я присела у ног статуи, — но… спасибо… за то, что помогла понять… мне не хватало этого. Еще дома не хватало… я всегда пыталась быть сильной. Самой сильной, самой умной… самой первой… меня этому учили.
