Дом с характером

 – Она вздохнула. – Пожалуй, придется пойти поискать его. Видите ли, он не различает право и лево.

– Я знаю, – кивнула Чармейн. – Он привязывает себе на руки цветную бечевку. Он очень предприимчивый, правда-правда. – Но не успела она это договорить, как подумала, что такому суперпредприимчивому человеку, как Монтальбинская Ведьма, Питер наверняка казался таким же растяпой, как сама Чармейн – Питеру. Ох уж эти родители, подумала она. Поставив Потеряшку на пол, она вежливо спросила:

– Извините, что спрашиваю, но как вы сумели наколдовать себе эти блинчики?

– Заказала, как положено, – удивилась Ведьма.

 – Хотите? – Чармейн кивнула. Ведьма предприимчиво щелкнула пальцами в сторону очага. – Завтрак, – скомандовала она, – блинчики, бекон, сок и кофе. – Тут же появился нагруженный поднос с весьма удовлетворительной горой блинчиков, щедро облитых сиропом, посередине. – Видите? – сказала Ведьма.

– Благодарю вас, – сказала Чармейн и грациозно взяла поднос.

Потеряшка повела носом на запах и забегала маленькими кругами, тоненько повизгивая.

Было ясно, что Потеряшке тот корм, который дала ей Ведьма, не показался приличным завтраком. Чармейн поставила поднос на стол и дала Потеряшке самый поджаристый кусочек бекона.

– У вас чудесная собака, – заметила Ведьма, возвращаясь к завтраку.

– Да, она милая, – признала Чармейн, садясь и предвкушая блинчики.

– Да, – сказала Чармейн. – Ценю.

Лучше уж завтракать в компании принцессы Хильды, подумала она. Неужели обязательно быть такой суровой? Она сосредоточилась на завтраке, размышляя о том, что дедушка Вильям, судя по всему, считал, будто Потеряшка – мальчик.

И поначалу Потеряшка и в самом деле казалась мальчиком. А потом Питер взял ее на руки и сказал, что она девочка.

– Вы, конечно, правы, – вежливо произнесла Чармейн. – Только почему вы считаете, что Питеру здесь что-то угрожает, если он будет один? Мы с ним примерно ровесники, а я живу здесь одна – и ничего страшного не происходит.

– Мне представляется, – сухо ответила Ведьма, – что магия слушается вас несколько лучше, чем Питера. – Она доела блинчики и приступила к гренкам. – Питер ни за что не упустит возможности перевернуть чары вверх дном, – заявила она, намазывая гренок маслом. – Только не надо говорить мне, будто и у вас чары всегда делают не совсем то, что нужно, как бы вы их ни насылали, – продолжила она, с хрустом откусив кусок, – потому что я вам все равно не поверю.