Дом с характером

При виде оладий Потеряшка завертела носом и метнулась к камину. Чармейн едва успела ее поймать. Когда она выпрямилась, крепко держа Потеряшку обеими руками, принцесса сказала:

– А, вот и мой отец-король.

Все в гостиной встали.

– Отец, – произнесла принцесса, – позвольте представить вам мою близкую подругу миссис Софи Пендрагон.

Король прохромал вперед, протянул руку – и большая комната сразу стала немного меньше. Чармейн раньше не понимала, какой он все-таки великан. Такой же высокий, как те эльфы, подумала она.

– Миссис Пендрагон, – сказал он. – Счастлив познакомиться с вами. Друзья моей дочери – мои друзья.

Миссис Пендрагон удивила Чармейн. Она была совсем молода, гораздо моложе принцессы, и одета в модное темно-бирюзовое платье, которое великолепно оттеняло рыжевато-золотистые волосы и зеленовато-голубые глаза. Какая она симпатичная, не без зависти подумала Чармейн. Миссис Пендрагон сделала королю книксен, когда он пожимал ей руку, и сказала:

– Я здесь, чтобы сделать все, что в моих силах, сир.

Больше я ничего обещать не могу.

– Вот и славно, вот и славно, – ответил король. – Прошу вас, садитесь. Все садитесь. И давайте попьем чаю.

Все уселись – и зажужжала учтивая светская беседа. Сим ковылял вокруг, раздавая чашки с чаем. Чармейн почувствовала себя совсем чужой. Уверенная, что ей здесь не место, она забилась в уголок самого дальнего дивана и попыталась разобраться, кто здесь кто. Между тем Потеряшка степенно устроилась на диване рядом с Чармейн и сидела там скромно-прескромно.

Взгляд ее не отрывался от господина, разносившего оладьи. Этот господин был такой тихий и бесцветный, что стоило Чармейн отвести глаза, как она тут же забывала, как он выглядит, и ей приходилось смотреть снова, чтобы освежить его образ в памяти. Другой господин – у которого рот казался закрытым, даже когда он говорил, – был, насколько она поняла, королевский советник. Похоже, ему нужно было сообщить миссис Пендрагон массу секретных сведений, на что она постоянно кивала, а иногда моргала, словно слова советника ее удивляли. Другая дама, пожилая, была, судя по всему, фрейлина принцессы Хильды и отлично умела говорить о погоде.

– Не удивлюсь, если сегодня ночью снова не будет дождя, – ворковала она, когда бесцветный господин возник рядом с Чармейн и предложил ей оладьи. Потеряшкин нос жадно перекосился в сторону блюда.

– О, благодарю вас, – сказала Чармейн – ей было приятно, что о ней не забыли.

– Возьмите две, – посоветовал бесцветный господин.