Онлайн-библиотека книг
Робко поднялась по ступеням и покачала бронзовый дверной молоточек в форме головы льва, но за дверью по-прежнему не раздалось ни единого звука. Фрэнсис решительно нажала ручку, дверь открылась, и она вошла.
В холле стояла приятная прохлада, но у Фрэнсис всегда возникало здесь тягостное ощущение от сумеречного света.
Стены были отделаны темным деревом и украшены многочисленными фамильными портретами в золоченых рамках. Широкая изогнутая лестница вела наверх. С потолка свешивалась огромная люстра, но, кроме особо торжественных вечерних приемов, Фрэнсис никогда не видела, чтобы она горела.
«Не знаю, — думала Фрэнсис, — смогла бы я жить в таком доме».
Она зябко поежилась. Вдруг с лестницы донеслись какие-то звуки. Девушка посмотрела наверх.
По ступеням медленно спускался Джон. Даже в полумраке холла Фрэнсис разглядела, что он был бледным и утомленным, словно после бессонной ночи.
— Фрэнсис, — сказал он, — я как раз хотел посмотреть, не пришла ли ты уже… На сей раз я об этом не забыл.
Джон остановился перед ней, и она взяла его руки в свои. Они были ледяными.
— Что-нибудь случилось? — спросила Фрэнсис. — Здесь стоит такая тишина! И ты… ты белый, как стена, Джон!
В его темных глазах застыл страх, которого она раньше никогда у него не замечала.
— Мой отец, — ответил он тихо, — он умирает.
Где-то в доме три раза пробили часы. Какая-то дверь тихо открылась и так же тихо закрылась."
"— О нет, — сказала Фрэнсис. Дрожь в ее теле усилилась, и у нее вдруг возникло непреодолимое желание покинуть холодный, темный дом и выбежать на горячее солнце, прочь от спертого запаха, который повис между старыми стенами. Она жаждала сладкого запаха сирени, которая цвела у въезда на ферму Уэстхилл.
Фрэнсис взяла себя в руки. Она не могла вот так просто сбежать.
— Джон, это ужасно. Мне очень жаль. Я знала, что он болен, но не думала, что все так плохо…
— У него уже давно проблемы с сердцем. Поэтому две недели тому назад они даже вызвали меня сюда из Кембриджа. С того дня, когда умер король, ему стало хуже.
Фрэнсис подумала о своем отце. Смерть короля он также перенес тяжело; замкнулся в себе и, казалось, предался безрадостным мыслям.
