Во всяком случае, она понимала, что в послевоенном мире имя Филиппины будет гораздо удобнее, чем её собственное, поэтому обменялась одеждой и приняла облик Филиппины. Альма была дипломированным химиком, что очень существенно для нашего расследования, потому что Филиппина химию не знала. Я говорю «нашего» расследования, имея в виду правительственное. За Альмой-Филиппиной приглядывали, как и за всеми чужаками. Это очень ускорило мои вашингтонские розыски. Предполагалось, что Альма Ферсен умерла в конце 1944 года.
Мы знаем, что она умирает только сейчас.
— Уже умерла, — вставила Конни. — Тэйн получил сообщение об этом перед вашим приездом.
— Да будет так, — сказал Питер и быстро продолжил:
— Когда Альма, в качестве Филиппины, вышла из лагеря, она вскоре обнаружила, что Маргарет Саттон разыскивает свою племянницу, и вскоре, опять-таки в качестве Филиппины, явилась в Америку, чтобы радовать сердца всех, кто её узнавал…
— Так оно и было. Я хочу сказать, что она радовала сердца, — подтвердила Конни.
"
"— И да и нет. Она оказалась деловой женщиной и обладала очарованием. Приняла на себя руководство и очень помогла Маргарет, которая начала работу с травами и продолжала буквально одна, пока Роджер был на фронте, а Кэтрин в Нью-Йорке.
В том же 1945 году Кэтрин бросила мужа и впервые после замужества вернулась домой. Они с Филиппиной возненавидели друг друга с первого взгляда, и вскоре после приезда Филиппины, в 1946 году, Кэтрин развелась официально и вернулась в Нью-Йорк, где начала свою авантюру с кабинетом красоты.
В том же году вернулся домой и Роджер.
К 1949 году Филиппина уже основательно здесь окопалась, травяное дело шло успешно, и она сумела организовать свою экспериментальную лабораторию. Кэтрин, с другой стороны, столкнулась с трудностями в Нью-Йорке, пыталась даже торговать наркотиками и вскоре вынуждена была вернуться в Южный Саттон под надзор полиции. Прошёл слух, что Филиппина и Роджер обручились. Теперь мы знаем, что Роджер был предан Филиппине из-за её клинического отношения к его увечью, но жениться на ней не хотел.
Филиппина, конечно, хотела выйти замуж, но в Роджере она уже отчаялась и сделала ставку на Джеймса Брюстера, который оказался более податлив и который, хоть и не принадлежал к семье Саттонов, был вполне обеспечен. Но у Кэтрин ещё с 1945 года были свои виды на городского Бо Бруммеля[2] и это подлило масла в огонь взаимной ненависти.
