— Растет семья, — хохотнула Света. — Расширяется…
— А этот человек… — осторожно начала мать.
— С ним все кончено, — отрезала Света. — Даже если явится, я не смогу его принять, понимаешь?
— Естественно, — кивнула Лиля.
Больше к этой теме не возвращались, но каждая из женщин понимала, что история повторяется. И дочка наступила на те же грабли, что и мама когда-то.
«Карма, блин! — подумала Лиля. — Но если этот собачий потрох передумает и начнет клясться в любви, где гарантия, что им не движет желание позариться на чужие деньги? И уж если не смог разглядеть в моей дочке порядочного человека, то и не пытался.
Значит, интересовало только одно. Койка! Ну и хорошо. Если бы знал все о Светланке, то и любовь вспыхнула ярким пламенем. Поди потом разбери, где искренние чувства, а где жажда наживы? А если так, то охотники за богатыми невестами нам не нужны, — мысленно отрезала она и внезапно вспомнила, как обсуждала с мужем финансовое состояние Космонавта и его компании, изучала балансы и отчеты о прибылях и убытках.
— Может, разорить их? — зло подумалось ей. — Заключить какой-нибудь контракт на покраску облаков и кинуть. Или заслать в «Верфи Гаранина» специально обученного казачка и устроить маленький саботаж с многомиллионными убытками? Хм, — внутренне поморщилась она, — интересная тема! Нужно обсудить с Арманом и Витькой».
Глава 30
Неделя промелькнула быстро. А за ней и другая.
Свете казалось, что она только приехала. Обняла бабушку и обсудила с Эженом все события, случившиеся за три месяца разлуки. Вот только подала документы на шенген для Олеськи, как уже все готово и можно ехать домой. Пару раз выбрались с мамой в город, погуляли по знакомым, но уже неуловимо изменившимся улицам, заехали к Зине на пироги, а уже завтра уезжать. Стараниями жены отца и по совместительству школьной подруги матери Свете удалось пройти обследование в областной больнице.
Только УЗИ заставило поволноваться.
— Вот ты какой, солнышко, — тихо всхлипнула она и в порыве чувств чуть не отправила фотку Гаранину, но вовремя остановила себя. — Никому мы навязываться не станем, — пробормотала чуть слышно. — Пусть сидит твой папаша в своем лесу и медведям песни поет.
Но Света ошибалась. На следующее утро, проснувшись в пустой хате, Арсений схватился за голову.
