Домашний арест или новый папа по соседству

-Девушка, а что выпить, если сердце болит? - Слегка меняю голос, чтобы не узнала сразу.

-С сердцем - это в больницу. Терапевт, кардиолог… - бросает через плечо и следом оборачивается.

Несколько секунд удивлённо хлопает глазами, а потом ухмыляется.

-Хотя знаете, кажется, у меня есть для вас лекарство.

Отбегает к шкафчику и вернувшись… начинает выкладывать на столешницу пластырь, успокоительное, презервативы и зеленку.

-С вас две тысячи восемьсот…

Я усмехаюсь. Вот это уела так уела. Но погоди, моя хорошая, я тебе определю все эти препараты… Будешь не нервничать, не возникать и горячо… красноречиво трясу презервативами.

Надежда краснеет. Да-да… Ещё и кое-где нарисую.

-Спасибо, - прикладываю карту к терминалу. - А это - вам. - Ставлю пакет. - Силы к вечеру ой как понадобятся. На двенадцать штук… - снова трясу коробочку презервативов и отхожу в сторону.

В груди немного отпускает давящее чувство. Все хорошо у нас. Иначе - вот этого флирта Надежда бы себе не позволила.

Время убегает к вечеру неумолимо и, оценив ещё раз очередь, что Надю похитить даже на пару минут не удастся, пишу сообщение, что забрать не смогу.

Сажусь в машину и выезжаю на трассу. От медицинского центра приходит сообщение, что машина с лаборантом будет на месте через полчаса. Это замечательно. Приедем примерно одновременно…

Дом встречает меня скандалом. Таким, скорее всего, уже потухшим. Видимо, сестрица оказалась сильно языкастее моей бывшей.

-Я хочу есть, - рычит Элен. - Можно мне просто пожевать банан?! Или бутерброд?

-Тебе нельзя ничего сладкого за два часа до забора крови, - отвечает, листая страницы журнала Лина.

Прикрываю рот ладонью, чтобы не засмеяться в голос, наблюдая, как Элен тихо и бессильно беснуется.

-Женщины после родов работают в фото-рекламе, - отвечает с вызовом. - И я выйду.

-Я бы на это не насчитывала, - бормочет сестра.

-Это потому что ты никогда в них не влезала!

-А меня животные и такой любят, - фыркает Лина. - Они ж не мужики. Да, мой сладкий? - Тянет губы уточкой к лежащему на коленях пекинесу. Тот, тянет в ответ морду. - Да, да, мой хороший…

Элен хватается за подушку, собираясь запустить ее в милующуюся парочку, но заметив, как с тихим рычанием в ее сторону поднимает голову лабрадор, решает оставить идею насилия.