Газ! Это был запах газа. Теперь мне стало понятно, почему в гостиной горели свечи. Как только газ заполнит дом и доберётся до открытого огня…
Сколько я тут уже? Секунд тридцать? Минуту? Две? И под дверью я тоже какое-то время простояла. Сколько нужно, чтобы газ заполнил дом и добрался сюда из кухни?
Эти мысли метались у меня в голове, в то время как тело действовало, словно бы на автомате. Я схватила в охапку неподвижное тельце миссис Клиффорд – какая удача, что она такая крошечная, а я – здоровенная оглобля, – и ринулась к двери.
Но я не успела сделать и двух шагов.
Огненный вихрь возник мгновенно. Он летел прямо на меня, и я поняла, что спастись не удастся. Говорят, что перед смертью перед глазами пролетает вся прожитая жизнь. Видимо, это не про меня. Единственное, что в тот момент было у меня в голове – ярко-синие глаза на заросшем лице, глядящие на меня с невероятной нежностью.
Я инстинктивно крепче притиснула к себе безвольное тело миссис Клиффорд, зажмурилась и приготовилась к огненному удару. Но вместо этого почувствовала, как меня словно бы обернуло в плотный кокон и куда-то уносит.
Значит, вот как происходит смерть? Ты ничего не чувствуешь, ни боли, ни даже страха, и тебя уносит куда-то? В туннель? В его конце должен быть свет? Может, если я открою глаза, то увижу его? Но я ничего не увидела – спеленавший меня кокон был непроницаемым, тут не помогло даже моё ночное ви́дение.
И в тот момент, когда я удивилась этому – почему никто из перенёсших клиническую смерть не рассказывал о чём-то подобном? – движение прекратилось, и кокон раскрылся.
И я увидела перед собой ангела.
Глава 5
Люди в чёрном
27 октября 2020, вторник, день второй
Ангел смотрел на меня ярко-синими глазами, а его голову окружал оранжевый нимб.
– Солнышко, ты в порядке? – с тревогой спросил он, выведя меня из ступора. Я вздрогнула и заорала:
– Фрэнк, у тебя волосы горят!
Пару раз хлопнув ладонью по голове и лицу, он потушил огонь, не проявив при этом никакого волнения, словно мусор стряхнул. Роскошная прежде шевелюра, да и борода, представляли теперь собой нечто обгорелое и клочковатое.
– Тебе не больно? – заволновалась я.
– Ничуть, – аккуратно усаживая меня на землю, поскольку ноги совершенно меня не держали, ответил он. – Волосы – это единственное, что у меня уязвимо в данном облике. Ну, и ещё одежда. Но она всё равно порвалась.
Говоря это, он аккуратно развёл мои судорожно сжатые руки и, вынув из них миссис Клиффорд, бережно уложил её на траву рядом со мной.
