- он замолчал, подбирая слова, - любопытное описание места, где я родился и вырос. Приятное и наполненное смыслом, грацье, Роза.
Я же просто улыбнулась, впервые почувствовав в его голосе некую теплоту, а не вечное равнодушие и отстранённость. Отчего он стал таким замкнутым? Неужели война настолько повлияла на этого молодого сильного мужчину? Я несколько иначе глянула на его строгий чёткий профиль, заметила спрятавшиеся мелкие морщинки в уголках рта и едва приметную складку между бровями.
Неожиданно он повернул ко мне своё лицо, я же, застигнутая врасплох, отчего-то залилась румянцем. Подумаешь, меня поймали с поличным за разглядыванием... своего же жениха! Значит, имею полное право, вот!
Мы спустились по главной лестнице в общую залу, где уже собрались гости. Ждали, по всей видимости, только нас.
Отец и мачеха стояли у подножия и смотрели в нашу сторону. С моим приближением глаза Паолы становились всё больше - она явно увидела гарнитур моей дальней родственницы.
Бальзамом на мою перенервничавшую душу пролилось её офигевшее личико, но шок, проступивший на худом лице мачехи, мигом сменился откровенной злостью, исказив тонкие черты женщины: ещё чуть-чуть и из её широко раздуваемых ноздрей дым повалит. Ха! Знай наших! Я взяла и улыбнулась, глядя прямо в её тёмные бесстыжие глаза, заявила с особым удовольствием:
- Дорогая матушка, вы были правы, эти украшения мне подходят больше всех остальных!
- О, дочка! - вперёд шагнул отец, подавая мне свою широкую ладонь, - ты нашла рубиновый набор прапрабабки?"
"- Да.
.. обнаружился на дне сундука, - незамысловато протянула я, слова слетели с губ легко, но отец даже не подумал, что я говорю вовсе не о своём сундуке. - Пришлось все вещи перебрать, эх, там теперь тако-оой беспорядок! - краем глаза заметила, какой пунцовой стала Паола. Сама же крепче сжала руку жениха, чтобы не выдал меня.
Ведь я знаю, что он знает и так далее.
- Вот и замечательно, а порядок слуги наведут, - улыбнулся отец, - Дарио, - и протянул правую ладонь моему будущему мужу.
- Синьор Жакоб, - ответил тот и пожал протянутую руку в приветственном жесте. Но этим мой отец не ограничился и, резко притянув Дара к себе, крепко его обнял.
- Дамы и господа, прошу вас, пройдёмте в обеденную залу! - громко позвал дон Росселини-старший, широко улыбаясь.
