Донор

Накрылся с головой, а потом упал…

Наташа заметила, что Алексей впервые с того момента, как они сели на скамейку, повернулся к ней лицом и пристально смотрит.

— Что? — Наташа попыталась улыбнуться, хотя чувствовала себя ужасно. Будто ее раздели, связали и поставили на площади в центре города.

— Парализованный старик стал выздоравливать, — он не спросил, он просто это произнес, как заученный урок. Бесцветно, без эмоций.

Фарида сидела на кровати отца, закрыв рот руками. Костя не сразу увидел, в чем дело.

— Что случилось? — не скрывая волнения, спросил он.

Фарида, округлив глаза, смотрела на него. Потом оторвала руки от губ и показала на постель рядом с собой.

— Где он? — сначала шепотом, а потом громко: — Где он?!

— Я не знаю, — замотала головой девушка. — Я пришла — его уже не было.

— Вы меня уволите, — услышал он голос Фариды, когда вышел из комнаты.

«Дура! — мысленно обругал девушку Константин. — И вопросы у тебя дурацкие». Он прошел на кухню, для чего-то прошел через гостиную и вернулся в холл.

Посмотрел на лестницу. Пожалуй, на второй этаж ему еще рано. Ему и встать с кровати рановато. Нет, это точно не медикаментозное… Чертово слово, прицепилось. Это чудо какое-то. Вчера кашу приходилось собирать у него с подбородка и засовывать снова в рот, а сегодня он бегает от них, как школьник. Нет, это неплохо, но очень неожиданно. Костя осмотрел лестницу, заглянул под нее и увидел приоткрытую дверь в подвал. А вот спуститься или упасть старик мог запросто. Сердце защемило, Костя скривился от боли. Он поносил на чем свет стоит себя. Не усмотрел. Размышляя о смуглых ягодицах и о том, какой он все-таки верный, он забыл об отце. Вот он результат. Сейчас отец лежит со сломанной шеей у подножия лестницы и тихо умирает. И тут ему пришла в голову совсем отвратительная мысль. Если отец действительно умрет, то ему все-таки придется уволить смуглые ягодицы, так и не проверив свои семейные узы на крепость. Из-за этой мысли ему стало не по себе, и он резко открыл дверь. Включил свет и глянул вниз, ожидая увидеть что угодно, кроме девочки в цветастой цыганской юбке.

Костя не знал, как реагировать. Появление цыган в доме даже по приглашению не могло не тревожить. А тут в подвале и без…

«Воруют», — пронеслась шальная мысль в голове Кости.

Он попытался сообразить, что можно украсть в подвале, но, кроме коробки с игрушками, на ум ничего не приходило. Костя хотел выбросить игрушки Ильи еще год назад, но Наташа не позволила.