Донор

Не может человек перемещаться с такой скоростью и беззвучно в кромешной темноте. У нее до сих пор мурашки по коже. Олеся тоже тряслась.

— Слушай, Нат, или этот полицейский нам наговорил всякого и мы теперь такие дерганые, или…

— Скорее и то и другое, — Наташа попыталась улыбнуться, но не смогла. Из головы не выходила ухмылка Фариды и ее пропажа из кровати старика.

— Мы стояли на ее пути, — размышляла Олеся. — Чтобы в темноте миновать нас, ей нужно было обойти…

— По стенам?! — не выдержала Наташа. — Или потолку?!

— В том-то и дело, что…

Их разговор прервал звук подъехавшей машины.

Наташа и так знала, что хотела сказать сестра. Когда они выбежали, луч фонаря выхватил дальний угол над раскладушкой Фариды. Наташе показалось, что ведьма сидела там, как злобный паук, выжидая, когда они попадутся в ее сети.

— Костя приехал, — сказала Наташа и пошла к воротам.

— Слава богу, — прошептала Олеся.

Первым из машины вышел старик. У Олеси едва челюсть не отвисла. Нет, она слышала, что говорила Наташа. Костя повез отца на обследование в Тулу.

Повез… Да при таком раскладе Костин отец мог сам сходить до Тулы и назад. Когда старик посмотрел на нее, она отвернулась. Ей не понравился взгляд мужчины, он напугал ее, и Олеся прижалась к сестре.

— А он живчик, — произнесла Олеся, когда старик скрылся в доме.

— Не то слово, — ответила Наташа и подошла к мужу. — Как съездили?

Костя поцеловал Наташу и кивнул Олесе.

— Нормально. А вы чего на улице? В доме тесно?

— Там ваша… — начала Олеся, но Наташа дернула ее за рукав, и она замолчала.

— Что наша? — спросил Костя.

— Фарида муку просыпала, — попыталась выкрутиться Наташа.

— Бывает. Пойдемте поедим, что ли?

Когда они направились к дому, Олеся взглянула на окна спальни, где их напугала сиделка. У нее волосы зашевелились на затылке, по спине пробежал холодок. Старик стоял у окна, обняв Фариду за плечо. Они смотрели на Олесю и улыбались. Только веселья в тех улыбках было еще меньше, чем в оскалах гиен.

После ужина Костя спустился в подвал. Он ни с кем не хотел делиться своими ощущениями.

А о них непременно спросят, потому что все его переживания у него на лице.

На лестнице он замер, вглядываясь в темноту у подножия. Встречать многорукую девочку не очень-то хотелось. Несмотря на то что прошлая встреча была плодом его фантазии. Не увидев никаких движений, Костя шагнул на одну ступеньку вниз, подождал, а потом ступил еще на одну. Костя боялся этого места, но оно было единственным в доме, где он мог уединиться.