Донор

Судя по всему, тут когда-то проезжал трактор, дорога вся разбита. Мы просто встанем, и все.

— А что во-вторых? — равнодушно спросила Шанита.

— Во-вторых, у меня заканчивается бензин.

Словно в подтверждение только что произнесенных слов «Индиан» фыркнул и чуть снизил скорость.

— Не пытайся меня обмануть, — сказала женщина. — Я не поверю, что ты отправился на вечеринку с незаполненным баком.

— Я думал заправиться по дороге, — ответил Золотарев. — Если бы, конечно, не ты.

— Заткнись и следи за дорогой.

— Нет тут никакой дороги! — неожиданно взревел он, и Шанита поморщилась — от истеричного вопля мужчины встроенные в шлем динамики даже завибрировали.

 — Тут полная жопа, и мы едем в никуда!!! Убери нож, и давай просто поговорим!!!

Шанита молчала, и через некоторое время Евгений вновь подал голос:

— Тридцать тысяч долларов. И мы никогда не видели друг друга.

— Меня не интересуют деньги, — презрительно откликнулась она. — Я думала, ты уже догадался.

— Чудесно, — бросил Евгений, и, к изумлению Шаниты, мотоцикл неожиданно рванул вперед.

Она ухватилась левой рукой за воротник байкера.

— Я так поняла, ты решил умереть прямо на дороге? Что ж, это твой выбор.

— Лучше сдохнуть в седле, чем обоссанным, со стесанной теркой мордой, — хрипло огрызнулся Золотарев.

«Индиан» подскочил на толстом корне, торчащем из земли.

По ноге Шаниты больно ударила ветка, и она коротко взмахнула ножом.

Однако удара не последовало.

Вместо этого раздался разъяренный крик Евгения, и земля внезапно ушла из-под колес мотоцикла.

Потеряв управление, массивный двухколесный байк завис в воздухе. Это продолжалось тысячные доли секунды, но Золотареву они показались столетиями. Тяжело кувыркнувшись, «Индиан» с грохотом упал на дно глубокого врага, поднимая вверх облачко трухи и пыли. Рыкнув в последний раз, мощный двигатель заглох.

Шанита, наоборот, даже не успела испугаться, она лишь крепко зажмурилась. Приземление было неудачным — правую ногу обожгла хлесткая боль, и женщина подумала о кипятке, который случайно попадает на кожу.

Раздался хруст сломанной кости, и она вскрикнула, катясь куда-то в темную пропасть.

«О боже… если я умру, пусть этот выродок умрет вместе со мной», — прошелестели в ее мозгу обрывки мыслей.

С гулким стуком ее голова ударилась о громадный камень. И хотя шлем в значительной степени смягчил удар, женщина потеряла сознание.

Евгению повезло больше. Вылетев из седла, он перевернулся в воздухе и упал на склон оврага, поросший редким кустариком.