Донор

Ну а второе — собственное психическое здоровье. Наташа подошла к столу и присела. Поставила на стол перед собой неваляшку. Игрушка качнулась и легонько звякнула. Константин отвлекся от покупок.

— Тебя что-то беспокоит?

Наконец-то! Не прошло и года, прежде чем ты понял. Наташа посмотрела по сторонам и, пригнувшись к столу, прошептала:

Костя недоуменно поднял бровь. Наташа поняла, что прошипеть придется все свои претензии.

Она еще не знала, что сказать мужу, поэтому пауза несколько затянулась.

— Я хочу знать… — повторила Наталья, — не она ли берет мои драгоценности.

— Может, просто спросить у нее?

— А что, если это не она, а я их куда-то задевала? Я же обижу ее своим вопросом.

— Ну да. На выходных поставлю.

— Давай хотя бы одну сегодня, а?

Константин отставил банку кошачьего корма и замер.

— Что все-таки случилось?

— Я переживаю за отца, — после небольшой паузы произнесла Наталья.

Она знала, что это должно порадовать мужа. К тому же это было не так уж и далеко от истины. И она рассказала о накрытом с головой Викторе Афанасьевиче.

Предупредила, что не нужно «спускать всех собак» на Фариду.

— Надо убедиться. Для этого-то и нужны камеры, — закончила Наташа. — Я хотела ее отругать, но подумала, что он же мог и сам.

— Может, лучше позвонить Михаилу Андреевичу?

Наташа хотела спросить, зачем им врач, но тут вспомнила, что Виктор Афанасьевич обездвижен со дня трагедии. Он не шевелил ни одним своим членом. Мог жевать и моргать. Поэтому сам укрыться с головой он не мог, если, конечно, не начал выздоравливать.

В последнее верилось с трудом. Камера могла бы расставить все точки над «i».

— Не спеши, давай сначала камеры посмотрим, — сказала Наташа, хотя подозревала, что именно увидит. Не доверяла она Фариде.

Константин не понимал, почему бы просто не спросить у Фариды, она накрыла отца или нет. И даже хотел пойти и спросить, но остановило его только то, что это могло обидеть девушку. Да и здравый смысл в укрывании беспомощного человека с головой отсутствовал как таковой.

Если, конечно, она не хотела ему навредить. Если отец пошел на поправку и нечаянно укрылся сам, то вопрос действительно обидит Фариду. Нет, надо определенно послушать Наташу и понаблюдать за отцом и Фаридой. Чтоб никого не обидеть.

Костя дождался, когда Фарида пойдет в ванную, и направился в спальню отца. Еще подготавливая камеру, он знал, куда спрятать ее, но, зайдя в комнату, понял, что там камера будет заметной и малоэффективной.