Дорога домой

Всё, вынимай свою культяпку, — сверившись с показаниями на экране, переключилась она на работу.

— Недель шесть-семь и как новый, — сообщила она пациенту, разглядывающему надетые на сожжённые пальцы зонды.

Глядя на кисть, особое внимание уделил чёрным, одетым на пальцы цилиндрам.

— Хотел у вас спросить. — Не желая возвращаться в состояние мысленного мазохизма, Алексей решил расширить кругозор. — Как это работает? — кивнул он на стоящий перед ним прибор, в недрах которого почти час держал надетые на повреждённые пальцы цилиндры.

— Если сказать просто, — задумалась она, — то мы подобрали ключ к механизму деления клеток. Этот прибор, — кивнула врач на стоящий перед ним агрегат, — программирует скорость и направление их роста. С помощью зондов, — указала она на пальцы, — мы воздействуем на биополе пациента, чем активируем неразвитую в физических телах функцию регенерации.

— Всё сложно, — выдохнул Алексей, — ладно, — поднялся он, — спасибо за экзекуцию, пойду отдыхать.

— Смотрю, майор, лица на тебе нет, погиб кто?

— Ну и нервничать тогда нечего.

«Ты права, — думал он, неторопливо шагая по петляющей между затерявшимися в лесу госпитальными корпусами дорожке. — Права, — соглашался с собой, — чего я извожусь, нервы трачу. Ушла, значит ушла. Бывает и такое».

Резкий осенний ветер драл холодом, но бредущего Алексея он не тревожил. Более трезво разложив ситуацию, пришёл к выводу, что бывшая пассия тоже повела себя не лучшим образом.

— Да пошла ты сама. — Ответив на похожие слова Эльмиры, Алексей приказал себе забыть.

Воочию аномалия Вьятта, как назвали открытую практикантом планету, выглядела более интригующе, нежели в ознакомительном материале. Раскинувшийся на смотровых экранах, не знающий ночной мглы, похожий на картинки рая мир, так и не сыскал на свой счёт иных предположений кроме как присутствие на планете высокоорганизованного разума.

— Время, — сверившись с часами, констатировал прибывший в систему во главе экспедиционного флота адмирал Арон Двински.

Худое лицо адмирала сквозило спокойствием. Пригладив непослушные седые волосы, адмирал ещё раз обвёл взглядом офицеров мостика. По лицам видел, что если для одних предстоящий этап лишь свершение справедливой мести, то в других следующий шаг экспедиционного флота рождает противоречивые чувства.

— Одиночный… выстрел. — Адмирал лично взялся руководить запланированной бомбардировкой.