Дорога домой

 — В составе моей делегации прибыли два высших офицера генерального штаба, готовых войти в рабочую группу, координирующую совместные действия наших военных ведомств.

— Снова и снова, правитель Гард, убеждаюсь в глубине ваших подходов, — выдержав паузу, изрёк Ауса. — Как с врагами, с вами было очень тяжело, как с союзниками, проще, о дружбе говорить рано, но уверен, когда будет так, мы сможем понимать друг друга с полузвука.

— Я рад, Ауса, что ты и я заложили основы будущего взаимопонимания, но всё это возможно лишь после нашей окончательной победы.

Правитель Ауса приготовился что-то сказать, но бесцветных слов переводчика Гард не услышал. Правитель, всматриваясь во что-то за спиной Гарда, на секунду застыл, а затем, шелохнув конечностями, откинулся на спинку причудливого сиденья. Гард изучал выражающие эмоции вахнов жесты и по едва заметному движению конечностей собеседника определил, что тот находится в степени крайнего удивления.

Обернувшись, увидел неспешно приближавшихся к столу человека и вахна. Сородича узнал сразу. Ардэй Кромин, прибывший с ним посол, лёгкой, уверенной походкой шагал к центру пирамиды вместе с одним из вахновских мудрецов.

Помня, что остальных членов переговорного процесса в здание ещё не приглашали, Гард разделил неподдельное удивление вахновского лидера. Явиться вот так, без вызова, к не закончившим свои дела правителям было из ряда вон. Удивляло поведение охраны. Это было невозможно, но идущие к ним трёхметровый вахн и человек утверждали обратное.

Никем не потревоженная парочка спокойно преодолела гулкое пространство и, даже не удостоив правителей взглядом, взгромоздилась за один с ними стол.

— Слушаю и умиляюсь, — подхватив со стола обод переводчика, заговорил Кромин, — всё у вас хорошо, гладко, решения приняты. Так ведь… уважаемые?

— Что за тон? — возмутился президент.

— А какой с вами должен быть тон? — услышал слетевшие с уст Кромина слова. — К нему, — нагло вытянул он руку и указал пальцем на Ауса, — вопросов пока нет.

— Не понял. — Гард подобрался и смерил наглеца недобрым взглядом.

Только сейчас, пристально вглядевшись, заметил изменения. Из-под сдвинутых бровей Кромина президента сверлил холодный, совершенно незнакомый взгляд.

— Всё ты понял, — возразил кто-то голосом Кромина. — Вот эту голову, — ткнул он пальцем себе в макушку, — я нахожу довольно осведомлённой.