Дорога домой

Молча вставив носитель в приёмник галографа, Вьятт включил прибор.

Яркость освещения упала до минимума, над столом замерцали сменяющие друг друга незнакомые созвездия.

Покопавшись в меню, Вьятт выбрал искомое. В воздухе появилось изображение звёздной системы, которая, увеличиваясь в размерах, заняла пространство над столом и ограниченная возможностями прибора распалась на отдельные составляющие. Увеличенная в тысячи раз скорость воспроизведения позволила за минуту подробно рассмотреть две безжизненные, изрытые метеоритными кратерами, проскочившие мимо камер зонда планеты.

Затем появилась она. Огромная, укрытая словно накидкой слоем атмосферы, планета по мере приближения зонда обрастала всё новыми подробностями. Появились крупные водоёмы, паутина рек, горные хребты и сплошь покрывшие сушу гектары девственного леса.

От зонда отделился атмосферный модуль, и висящая над столом проекция вновь разделилась. Одна часть по-прежнему транслировала плывущий под зондом огромный шар, когда как другая, пронзив плотные слои, окунулась в потоки гуляющего над равниной ветра.

Навстречу устремился бескрайний лесной массив. Идущий на высоте птичьего полёта модуль периодически зависал, и тогда панорамные камеры передавали красоту первозданной природы.

Спустя двадцать минут глава отдела оторвался от созерцания девственных образов.

— Планета необитаема, — сделал он первые выводы, — приборы не фиксируют биологически развитых видов. На поверхности нет искусственных объектов.

Состав атмосферы идентичен нашему. Комфортная температура. Потребуются более подробные исследования, но уже сейчас, Вьятт, я могу тебя поздравить. Ты открыл для человечества настоящую жемчужину. Молодец.

— Планета кому-то принадлежит, — заявил Вьятт.

— Понимаю, — улыбнулся руководитель. — Тяжело поверить, что в свои годы вписал собственное имя в историю, но это так, и тебе придётся это принять.

— Планета кому-то принадлежит, — повторил Вьятт.

С лица начальства схлынула торжественность.

— Хорошо, — приготовился он слушать дальше, — убеждай.

Вьятт отключил проекцию с камер атмосферного модуля. Над столом остался лишь снимаемый зондом пёстрый шар планеты. Вьятт ускорил просмотр, планета завертелась быстрее. Когда зонд приступил к четвёртому витку, тишину кабинета нарушил вопрос начальника.

— Как что? — удивился Вьятт его ненаблюдательности. — Перед нами система, образованная звездой класса А-2 и шестью планетами.