Дорога домой

Главная техническая палуба встретила гулом накопителей, шумом систем охлаждения и ровными рядами замысловатого вида агрегатов. Усеянные будто новогодние ёлки огнями индикации, агрегаты давали слабое свечение, в котором увешанные боекомплектом и оружием пехотинцы походили отнюдь не на добрых сказочных героев.

Повинуясь команде, солдаты растянулись поперёк палубы и, не теряя друг друга из вида, двинулись по обустроенным меж рядами проходам. Взглянув на горящую в углу щитка схему с метками бойцов роты, Алексей подкорректировал действия находящихся на разных уровнях взводов и, поводя стволом автомата, двинулся по центральному проходу.

Впереди полыхнуло. Сработали фильтры, оградив глаза от ослепительной вспышки, где-то справа завизжал автомат, за ним второй. Инстинктивно присев и изготовившись к стрельбе, Алексей заметил светляки ушедших в потолок рикошетов. Микрофоны уловили треск ещё нескольких очередей, пару раз ухнуло, и всё стихло.

— Чисто, — прошуршало в эфире. — Двое готовы один ушёл к дальней переборке.

Внимательней.

Сверившись со схемой, выяснил, что помимо основных палуба имеет ещё несколько выходов. Решив, что ушедший десантник вряд ли будет геройствовать, Алексей призвал всех к осторожности и приказал двигаться дальше. Не сделав и шага, заметил, как впереди на проход выскочил тот самый вахновский десантник. Остановить инстинктивно давящий на спуск палец удалось в последний момент.

— Не стрелять, — крикнул Алексей, едва разглядев бьющуюся в лапах десантника ношу.

Лицо молодой женщины, совсем девчонки, мелькнуло лишь на миг, но этого хватило.

Память всколыхнули воспоминания. Там, дома, ещё во вторую чеченскую был у них боец. Срочник, ни имени его, ни фамилии Алексей не помнил, помнил другое. Боец погиб, погиб геройски. При осмотре личных вещей Алексею попалась фотография. Затёртое, изъеденное тяготами окопной жизни фото сестры или любимой девушки почему-то врезалось в память. Лицо на фото и искажённая страхом мордашка бьющейся в лапах вахна сестрички походили как две капли.

— Старый, — набирая обороты вслед за несущейся впереди фигурой вахна, крикнул Алексей, — за меня. Нет, — взревел он, видя, как вывалившийся в проход пехотинец вскинул на плечо трубу ракетомёта, — не стрелять.

Развернувшись, десантник вытянул в сторону Алексея конечность. Нырнув за массивную тумбу ближайшего агрегата, дождавшись, когда серия блёклых чёрточек рассыплется искрами попаданий, вынырнул в проход и успел заметить, в каком ряду скрылся противник.