Дорога домой

 — Сидеть там, — нацепив злую маску, добавил он, — и не дай бог ты, сука, куда-нибудь оттуда перелезешь.

В отличие от сложившихся традиций, когда второй пилот выходит в десант и лично сообщает о подходе к цели, дверь в кабину пилотов осталась закрыта. Услышав стандартный звуковой сигнал, побледневшие первопроходцы загерметизировали скафандры и друг за другом вывалились в открывшийся десантный люк.

Шаг, и перед глазами выпавшего из бота Алексея замелькал прорезанный звёздными блёсками космический водоворот.

Сработал ранец, неконтролируемое вращение остановилось, и суженный до размера лицевого щитка обзор заслонила неумолимо надвигающаяся поверхность планеты.

С шестидесятикилометровой высоты огромный, неподвижно висящий под ними шар ничем особым от десятков виденных Алексеем атмосферных планет не отличался. Специалисты заметили бы разницу, но для профана вроде него различия этой и других состояли в расположении континентов и их цветовой гамме. Включив максимальное увеличение, Алексей насколько возможно осмотрел поверхность.

Не найдя следов разумной деятельности, немного успокоился и перевёл взгляд выше.

Первопроходцы, друг за другом прыгавшие из бота сквозь равные интервалы времени, на планету опускались в том же порядке. Идущий в хвосте растянувшейся на многие километры цепочки Алексей отыскал взглядом собратьев по несчастью. Главным первопроходцем оказался полковник, сидящий ближе всех к люку и покинувший бот первым.

В момент, когда высотомер Алексея показал цифру пятьдесят, а полковник пересёк десятикилометровую отметку, внимание Алексея сосредоточилось на быстро снижающейся фигурке.

Сажали их на горное плато, окружённое низкорослым девственным лесом.

Серебристая фигура полковника, изрыгнув в серые камни потоки пламени, на миг зависла в нескольких метрах над поверхностью, а затем плавно опустилась на камни. Стоило подошвам коснуться почвы, как двигатели ранца отключились. Видя, как подогнулись колени и полковник тяжело рухнул на камни, Алексей насторожился, но узрев, что руки и ноги начали шевелиться, позволил себе выдохнуть.

Решив, что трусость это состояние души, Алексей переключил внимание на следующую подходящую к плато серебристую фигуру. Второго первопроходца посадили в нескольких метрах от лежащего на камнях полковника. Картина повторилась, стоило отключиться ранцу, как закутанный в сверхпрочный скафандр человек рухнул навзничь и принялся хаотично дёргать руками и ногами.