Дорога домой

Дэйсон нервничал, сейчас это стало ясно по несвойственным паузам, интонациям, бегающему взгляду. Алексей безошибочно определил состояние главы контрразведки и усомнился, что именно его попытки заставили Дэйсона сорваться. Дэйсон недоговаривал, недоговаривал такое, отчего самому становилось не по себе, но должность обязывала, и Алексей понял. На этот раз выжать информацию вряд ли получится.

— Какой противник, такой и способ, — буркнул Дэйсон, закрывая неудобную тему.

— Мы побеждаем в этой войне, — упорствовал Алексей, — почему мы, а не они проявляем инициативу, почему люди рискуют жизнями солдат в то время, когда по всем законам физики мирные инициативы должна проявлять проигравшая сторона? Зачем нам о чём-то договариваться, когда до победы остались шаги?

Алексей неотрывно смотрел Дэйсону в глаза.

Отчаявшись получить прямые ответы на настораживающее предчувствие, он сыпал вопросами, стараясь хотя бы в ответах Дэйсона зацепиться за тот крючок, который поможет размотать клубок недосказанного.

— Нам, майор, со своих солдафонских позиций полной картины всё равно не увидеть, — упорно сходил с темы Дэйсон. — Решение принято наверху, а исходя из опыта всей войны, хочу сказать, ни одно решение, там принятое, ошибочным пока не оказалось. Давай будем исходить из этого и просто выполним задачу.

— Выполним, — напитал Алексей тон сарказмом, — куда нам, баранам подневольным, от неё деться? Ты мне вот что скажи. Из нашего сегодняшнего разговора ни я, ни ты ничего полезного не почерпнули, ты зачем меня из батальона выдернул, задачу мне и там бы поставили.

К тому же после последней нашей встречи соскучиться я не успел.

— Хочу знать, почему ты перестал слать отчёты по деятельности Пакшеса.

— Зачем, — искренне удивился Алексей, — разве сканирования мозга тебе недостаточно? Я решил, что это лишнее.

— Может и лишнее, но будь добр, продолжай по нему работать.

— Не могу, — заявил Дэйсон, — это на уровне ощущений. Работа меня с ума сведёт, порой даже себе не верю, — излил он неожиданно душу.

 — Ладно, — протяжно выдохнул он, — пора за дела.

Шагнув к выходу из технического закутка, Дэйсон внезапно остановился.

— И ещё, — добавил он, — роту принял Старков, ты идёшь в качестве рядового, об офицерском чине на время операции можешь забыть.

Отведённая под нужды расквартированных на транспорте полков палуба встретила гулом голосов. Пространство, по площади совместимое с парой футбольных полей, напоминало растревоженный муравейник.