— Я постараюсь, — пообещал он и вместо рукопожатия вдруг обнял Гэбриэла, — мы так мало знакомы, а ты уже перевернул мою жизнь с ног на голову. Спасибо тебе. За все.
Гэбриэл улыбнулся своей привычной беспечной улыбкой.
— Да не за что. Передавай Эдвину привет.
— Я передам, — серьезно пообещал Лорис.
Настал черед Джофа.
Юноша даже не пытался скрывать эмоции. Его глаза наполнились слезами, кончик носа покраснел.
— Как же так... — придушенно прошептал он. — Как же так...
— Эй, мужик, не реви, — строго сказал ему Гэбриэл.
— Все хорошо... э-э... ну, во всяком случае, гораздо лучше, чем могло бы быть. Я верю в тебя, научись верить в себя сам.
Джоф закивал, отчего слезы побежали по щекам. Он порывисто обнял Гэбриэла, потом торопливо отвернулся, вытирая глаза и шмыгая носом.
Эрилин осталась последней. Она смотрела на сцену прощания и пыталась заставить себя поверить, что это все это ей не кажется, что это правда, но ничего не получалось. Ей казалось, что происходящее — страшный сон, и она сейчас проснется.
Их глаза встретились.
Эти пронзительные голубые глаза. Не может такого быть, что она видит их в последний раз. Он не может умереть, просто не может...
— Эр, — он взял ее за руку и отвел чуть в сторону, — все нормально, правда.
Эрилин поняла, что плачет, только когда почувствовала соленый привкус на губах.
— Ты не можешь... — прошептала она.
— Эрилин, — он почти никогда не называл ее полным именем. — Эрейцы сделали нам щедрое предложение. Это Сделка Века, понимаешь? Эрейские племена сами отпускают кого-то, это просто подарок.
— Они убьют тебя, — всхлипнула она.
Он беспечно усмехнулся.
— Ну, должен же был кто-то однажды это сделать. А это не худший вариант смерти. Не спорю, я о таком не мечтал, но весьма неплохо.
— Прекрати, — взмолилась Эрилин, — прекрати шутить. Это не смешно!
— Эр, — сказал Гэбриэл мягко и взял ее лицо в ладони, — это правильно. Не плачь, пожалуйста. У тебя все будет хорошо, вы доберетесь до дома, Эмир займет трон, вы заживете прежней счастливо жизнью.
— Без тебя жизнь никогда не станет прежней, — прошептала она, давясь слезами.
— Все у тебя будет, — убежденно сказал он, но его успокаивающая улыбка не действовала, ее трясло. — И я умру спокойно, если буду знать, что у тебя все будет хорошо.
— Не бросай меня, — взмолилась Эрилин, ей казалось, что ее разрывают на части.
— Я тебя не бросаю, мы просто прощаемся.
— Не просто!
— Прекрати, — попросил Гэбриэл и, наконец, убрав фальшивые улыбки, серьезно посмотрел ей в глаза.
