Что ж, его можно было понять, раньше он был хозяином положения, мог диктовать свои условия, а на деле оказалось, что в рукаве у него ничего нет.
Гэбриэл проигнорировал этот взгляд и спокойно подошел ближе, тоже склонился над тетрадью.
— Посмотрите осень того года, — попросил он.
— Пожалуйста, — старик быстро открыл нужную страницу.
— Ого, — уважительно прокомментировал Гэбриэл, — да вы были популярны. Столько людей за такой короткий срок!
Генти немного смутился, было видно, что в последнее время его мало хвалили, если вообще вспоминали.
"
"— Всего шесть женщин с детьми подходящего возраста, — пробормотал Гэбриэл, сосредоточенно всматриваясь в потускневшие от времени чернила. Почерк был мелкий, но аккуратный и вполне разборчивый. — Нет, пять, одна с девочкой... — Вот только кто сказал, что та самая Энн из Алаиды ушла вместе с Ричардом, ведь она так же легко могла пристроить ребенка здесь? Хотя Эдвин говорил, что Энн очень любила Милину и Ричарда, навряд ли, она бы оставила малыша. Поэтому Гэбриэл решил разобраться пока что с этими пятью.
— Мария Каучер с сыном Лорисом, Лаиза Сейг с сыном Ричардом, Навена Пунер с Кагером, Галла Калас с Велом, Вера Фин с сыном Джепом, — медленно повторил он, чтобы запомнить, а потом довольно посмотрел на старика: — Спасибо, вы мне очень помогли.
— Помог? — растерялся Генти. — Но ведь ты ничего не узнал. Неизвестно, какая из этих женщин та, которую ты ищешь.
— По крайней мере, список уменьшился от бесконечности до пяти, — ответил он. — Ладно, — Гэбриэл захлопнул тетрадь.
— Я запомнил имена. Но если что, я вернусь? — на этот раз интонация была вопросительной.
— Если с моим внуком все будет в порядке, обращайся в любое время, — серьезно кивнул старик.
Обдурить охранников у ворот было невозможно, ведь все уже прослышали о побеге принцессы-заговорщицы. Но Гэбриэл, похоже, ничего подобного и не планировал. Было темно, и Эрилин не видела его лица, но шел он вполне уверенно и, в отличие от нее и Джофа ни разу не споткнулся и не оступился в темноте.
Принцесса шла за ним, сама не до конца понимая, что же она все-таки делает. Но у нее не было выбора. Ридок лишил ее его. И у Эрилин осталась только эта дорога в темноте и надежда на то, что Гэбриэл действительно такой, каким ей показался сначала. И если он сказал правду, и саранцы правда не убивают пленных, то для Эрилин еще не все потеряно. Если Эмир жив... Она даже боялась об этом думать. Боялась Эрилин и спросить своего проводника, серьезно ли он тогда говорил.
