Означать это могло лишь одно: известия, припасенные Нармом, касались Исфатеи, — но, скажите на милость, какое дело Смотрителю фонтанов Чилара до их далекой родины? И все же, как видно, дело было, причем не пустяковое, ибо Нарм, хотя и занимал незначительную в общем-то должность при дворе Владыки Чилара, известен был как человек, обладавший значительным весом в столичных делах. А вот наконец и он сам. Сорокалетний, невысокий, поджарый, с крупной и совершенно лысой головой, блестящей, как только что испеченный, смазанный маслом и яйцом каравай.
Одиннадцать купцов, закончив раскланиваться и обмениваться приветствиями, начали чинно рассаживаться в легкие плетеные кресла, расставленные вокруг овального стола под сенью папоротниковых пальм на краю обрыва, с которого хорошо была видна полноводная Гатиана и кишевший лодками порт.
— Многоуважаемые унгиры, рад приветствовать вас в своем убогом жилище.
Благодарю за то, что вы сочли возможным отложить на время свои многотрудные, требующие неусыпного внимания дела и откликнулись на мое приглашение. Прошу вас отведать напитков и плодов, которыми богат мой дом, — Нарм сделал жест в сторону ломившегося от яств стола, — а я тем временем объясню, что побудило меня собрать вас здесь, в столь неподходящий для застолья час… — Округлая и учтивая речь Смотрителя фонтанов текла плавно, низкий бархатистый голос журчал вкрадчиво и завораживающе, но лица многоуважаемых унгиров сохраняли напряженное, выжидательное выражение, закуски и напитки оставались нетронутыми, и Нарм, отбросив экивоки, перешел к делу:
— До меня дошло известие, что Небесный Отец перестал отсчитывать мгновения жизни Владыки Исфатеи.
Обстоятельства смерти Бергола неизвестны, но есть основания полагать, что он пал от руки убийц.
— Купцы зашевелились. — Погодите, это еще не все. Убит друг и советник Бергола — Донгам, человек этот, я полагаю, вам знаком. Он убит кротолюдами, вышедшими из недр Гангози и оказавшимися обычными людьми, называющими себя файголитами.
Нарм сделал паузу, вглядываясь в лица исфатейских купцов. Пожилые были испуганы, те, что помоложе, начали оживленно переглядываться и перемигиваться.
