Дорога дорог

Насколько мне известно, Черные Маги причинили тебе немало зла, а куш за принцессу из рода Амаргеев ты сможешь отхватить изрядный.

— Зачем тебе нужно продавать Батигар? — упрямо повторил вопрос Мор-Галаб. — Это месть Берголу за то, что тот выслал тебя из Исфатеи? Ты и там ухитрялся приторговывать людьми?

Лицо Кенгара на мгновение потемнело, а потом на устах его вновь засияла улыбка.

— Приятно иметь дело с умным человеком, особенно если учесть, что последнее время мне везет в основном на полудурков.

Нет, в Исфатее я не торговал людьми — на севере, как ты знаешь, к рабству относятся с большим неодобрением, не то что в Чиларе, не говоря уже о Сагре, Шиме, Манагаре или Магарасе. Продавать там рабов некому, а отправлять на юг — хлопотно и накладно, прибыль можно получить, только если по уши в этом деле увязнешь. Так что торговля тут ни при чем.

— Значит, женщина; больше ты, кажется, ничем не интересуешься, — предположил заинтригованный внезапной откровенностью унгира Мор-Галаб.

— Вот это в точку. Имел я глупость увлечься женой Бергола, но была эта любовь без взаимности. Более того, всеми доступными ей способами супруга Владыки Исфатеи давала мне понять, что я ей не пара, что считает она меня недостойным своего внимания и даже презирает. Я бы воспринял это как должное, если бы как раз тогда во дворце не разразился скандал. Бергол уличил свою жену в любовной связи с хорошеньким унгиром из Рагира. Скандал кое-как замяли, унгиру, от связи с которым родилась Батигар, удалось избежать расправы, супругу свою Владыка Исфатеи отправил в изгнание и, продолжая испытывать желание еще на ком-нибудь сорвать зло, обвинил меня в том, что именно я, увиваясь вокруг его жены, служил посредником между ней и ее возлюбленным.

Объяснять ему, что увивался я за ней совсем с другими намерениями, было бесполезно и неблагоразумно, и мне, чтобы избежать больших неприятностей, пришлось срочно покинуть Серебряный город.

— Ага! — удовлетворенно буркнул Мор-Галаб. — Стало быть, все же запоздалая месть.

— М-мм… — Кенгар снова принялся крутить перстень. — До сегодняшнего дня я не думал о мести, но Батигар очень похожа на свою мать и вела себя столь же вызывающе, хотя, право, имеет для этого значительно меньше оснований.

— Но ведь она еще не знает о гибели Бергола?

— Нет, я не стал торопить события, и, полагаю, это вряд ли хоть как-то повлияло бы на ее поведение.