Дорога дорог

Он глег и хочет оставаться им — могучим, ужасным, победительным… О, эти проклятые холодные пальцы! Они копошатся у него в мозгу, как черви, хозяйничают, как в рабочем столе. Они заставляют, они вынуждают его снова стать человеком! Но будь они прокляты Тьмой Созидающей, Тьмой Всемогущей, он глег! Он… ""О, Чаг, кажется, я умираю… Зачем… Зачем ты позволила этому чернокожему рыться в моих мозгах?..""

3

Рассветное небо было серым от низких облаков, которые неподвижно висели над неласковым, отливающим сталью морем.

Бушевавший более суток шторм, исчерпав силы, сменился полным штилем, но ""Посланец небес"", к немалому удивлению Батигар, продолжал продвигаться вперед. Девушка потрясла головой, прогоняя остатки сна, и, перешагивая через спящих вповалку матросов, отправилась на бак, где стояли Лив с Мисаурэнью и Эмрик.

— Хорошо ли спалось, принцесса? Мало того что балдахина над головой нет, а вместо перин палубные доски, так еще и страшилище это взамен верной служанки! — приветствовала подругу Мисаурэнь, протягивая руку, чтобы погладить сидевшего на плече девушки певуна.

Нетопырь нервно переступил когтистыми лапами, простуженно чихнул и издал скрипучую трель, жалуясь на тяжкую, бесприютную жизнь.

Батигар поморщилась: оставшиеся на ней лохмотья не спасали от острых когтей певуна, и она чувствовала — еще немного, и плечи ее превратятся в сплошную кровоточащую рану.

— Чапа уже дважды за последнее время подвергал мою жизнь смертельной опасности.

Сначала едва не утопил: он не любит воду и, когда мы удирали с ""Нортона"", взгромоздился мне на голову, сочтя ее самым сухим и надежным пристанищем. А потом втаскивавший меня на ""Посланца небес"" матрос чуть не спихнул нас за борт, приняв за какое-то глегово отродье.

— Его вполне можно понять, я имею в виду матроса. — Эмрик протянул принцессе холщовый мешочек с галетами. — Угощайся и предложи Чапе, придется ему некоторое время обойтись без фруктов.

— Неужели на судне нет хотя бы сушеных фруктов? Уж этого-то добра здесь должно быть много — самый дешевый и хорошо сохраняющийся продукт.

Но больше всего мы хотим пить, правда, Чапа?

Певун жалобно пискнул и отвернулся от предложенной галеты.

— Пресная вода в бочонке около мачты.

— Отлично, а где капитан? Уж, верно, он поделится с нами фруктами, если они у него есть. Или он еще спит? А кок?.. — Батигар осеклась, недоумевающе вглядываясь в хмурые, озабоченные лица.