Дорога к счастью (СИ)

Мои советы для тебя пусты, пока ты не узнаешь, не прочувствуешь на себе другую сторону жизни.

— Короче! — Талейта с неудовольствием поглядывала на детей, на бывшего, на изображающую вселенскую скорбь Злату.

— Дара у меня больше нет, — коротко сообщила девушка, и лэру это проняло.

— Барути? А что же этот? Имрус, где же ваша хвалёная полководческая хитрость? Почему вы не защитили эту дурочку? Или вам теперь удобнее ею управлять? Жалкой и беспомощной!

Мужчина ринулся вперёд, но Злата одёрнула его за рукав, и он остановился.

Это было так неожиданно, невозможно, но он замер и накрыл её руку своею. Она ощущала его напряжение, готовность к броску, но он слушал её и подчинялся.

— Тали, если тебе будет плохо, ты можешь попросить дракона о связи со мной. Это возможно только через зеркало в спальне, так что береги его и на всякий случай не переставляй с места на место. Прощай. Удачи.

Как только Злата пожелала «удачи», так зеркало перестало быть «волшебным» и отразило гостиничный номер.

Все чувствовали себя несколько странно. Имрус горел от чувства вины перед Златой и не знал, как доказать, что не было у него никаких коварных мыслей по использованию Барути в своих целях. Он не успел подготовиться, это правда. Не надо было оставаться жить в лесном имении, теряя драгоценные дни, но силком увозить девушку он тоже не мог!

Злате было неловко от того, что пришлось осадить генерала. Мужчины этого не любят, и в другой ситуации она бы не вмешалась, но…

Важно было сказать Тали хорошее и поблагодарить её.

Да, вышло всё случайно и удачно, но кто знает, насколько случайно? И Злата могла бы выразить благодарность потом, без Имруса, но он не капризный заказчик интерьера, которому уступаешь, гладя по шёрстке, надеясь больше его никогда не увидеть.

Он должен знать и уважать её мысли, желания, если хочет добиться расположения, а не учитывать только то, что ему удобно!

Разговор со светловолосой тётей произвёл впечатление и на детей. Иногда она снилась им в качестве мамы и улыбалась, но в зеркале они увидели её совсем другой! Она походила на прошлую заколдованную лэру-мать, во всяком случае, этот острый взгляд был им хорошо знаком.

Каджи расплакался и, подбежав к Злате, прижался к ней, а Иржи решил, что позже непременно разберётся во всем.

Злата взяла в руки рисунок, с которого начался этот непростой день. Имрусу показалось, что она нарисовала известное ему место, но её заинтересовало другое.