Дорога к счастью (СИ)

От Имруса не укрылась перемена в настроении женщины и он, вместо того, чтобы озвучить, какое содержание назначил для Радзи, велел ей принести доходную книгу. Ему потребовалось около часа, чтобы разобраться в записях.

— Не думал, что почти вся выделяемая сумма уходит на питание. Мне подают простую пищу, жена редко ест в доме, так кому вы ежемесячно покупаете все эти деликатесы?

— Меня никто не предупреждает, будете ли вы обедать, ужинать в доме или нет, пожалуют ли гости, поэтому кухарка готовит каждый день в любом случае.

— Хорошо, но девять месяцев нас всех не было дома, а расходы всё те же. Тут вам не на что пожаловаться.

Захлопнув книгу, Больдо наблюдал за женщиной, а Талейта за ним. На лице мужа никаких эмоций, давящий взгляд и отчуждённая холодность.

— Я доверял вам, госпожа Радзи, а вы обворовывали меня, — констатировал хозяин.

— Это копейки! Я тяну на себе весь дом! Где вы ещё найдёте такую дуру, чтобы работала в проклинаемом всем имении? Вам даже в голову не пришло, что мне пришлось пережить, когда народ узнал, что вы стали причиной исчезновения источника!

— Он не исчез, и это не ваше дело!

— Ошибаетесь! У людей была надежда, что в случае смертельной болезни можно купить у княжества воды и вернуть здоровье, а после того, как…

— Ну же, договаривайте!

— Вы во всём виноваты!

Генерал кивнул, сел за стол и, взяв вестник, чиркнул пару строк.

— Ну что ж, госпожа Радзи. Я даже рад, что вы не ушли сразу, а затеяли увлекательное представление. Несколько дней побудете в изоляторе, пока я проверяю ВСЕ доходные книги, а как только подсчитаю убытки, то озвучу их, и будьте любезны всё вернуть.

— Но… я же всю жизнь…

— Подворовывала? Бросьте скулить! Не наговорите лишнего.

— С пелёнок растили? Кто бы доверил единственного наследника грязной сопливой девчонке? Хватит нести чушь! Я устал от ваших глупостей. Теперь я сомневаюсь, что пятнадцать лет назад принял верное решение, назначив вас вместо старой госпожи Гретси. Как-то слишком резко она стала путаться, и я думаю, что это ваших рук дело.

Мадам стояла и зло сверкала глазами. Молчание давалось ей тяжело, но вдруг она сорвалась с места и побежала.

— Имрус! — воскликнула Злата, удивлённая прытью женщины.

— Пусть бежит! — улыбнулся ей муж.

— Но ты говорил, что она многое наворовала? — растерялась девушка.

— Если сложить сумму за пятнадцать лет, то прилично, но она всё же вела дом, и ей правда в последние годы пришлось тяжело, так как меня осуждали все, кому не лень.