Ханаан уже сейчас мог бы напасть на них, и, зная его военную мощь, от половины Орских городов не осталось бы камня на камне.
На создание собственной боеспособной армии, взамен жалких приграничных гарнизонов, уйдут годы. Оставлять страну не защищенной, зная, что повсюду рыщут шпионы (случай в Храме Кибелы это доказал), неприемлемо. Они должны нанять войнов в Капсикее. Это будет дорого, но это необходимо.
Единственная причина, по которой ханаанские войны ещё не топчут зелёные луга Ора, состояла в том, что в его столице некто Дагон раскачал обстановку до состояния гражданской войны.
Этот человек был позарез нужен Ригану. Он не знал что у того на уме, но возможно, приди он к власти, для их региона наступили бы светлые времена. До него дошли слухи, что этот загадочный мятежник сейчас находится в Оре, скрываясь от преследования. Риган не сомневался, что появление в такой близости от столицы ханаанского офицера и высланного за ним убийцы с набором необычайных способностей, напрямую связано с Дагоном.
Люди Ригана были рассредоточены по всей стране, вынюхивая и высматривая опального мятежника. Он до сих пор не мог понять, как мог затеряться в Оре человек с такой примечательной внешностью. Поговаривали что он сильный воин немалого роста с очень короткими пепельными волосами и голубыми глазами. Здесь в Оре люди такой масти встречаются крайне редко, разве что пришлые, как например Айа и Рун.
Стоило ему вспомнить о девушке, как мысли его затопили образы нежного тела и звуки её хриплых стонов.
Он сменил позу, стараясь стряхнуть нарастающее возбуждение. Риган никогда не думал, что близость между мужчиной и женщиной может быть такой идеальной. Она так чутко реагировала на него, впрочем, как и он на неё. Когда-то в прошлом, бушующая молодая кровь толкнула Ригана на познание интимной стороны отношений между полами. Из полученного опыта Риган сделал вывод, что это очень приятная сторона жизни, которую он не хотел больше игнорировать. Тем не менее, в своих связях он был крайне разборчив.
Собственно, после первого опыта он завел себе милую подругу в одной деревеньке на границе, которую навещал от случая к случаю. За такой моногамный подход друзья считали его чуть ли не монахом, но его всё устраивало.
То, что произошло между ним и Айей, больше напоминало взрыв. Девушка была само совершенство, а её ноги, наверняка, были самыми длинными и стройными во всём Оре. Кроме того, всё в ней привлекало его.
