Айа неплохо играла в шахматы, отец обучил их с Энки и они часто устраивали состязания между собой. Конечно, из них троих Энки был самым одарённым игроком. Она выигрывала у него лишь несколько раз, и то, при поддержке отца. Сердце на секунду сжалось от воспоминаний о доме и родных, которых она никогда больше не увидит. Отец сам вырезал для них фигурки, предав им вид маленьких человечков с отличительными особенностями — щитами, мечами и коронами. Со временем, они раскрасили их, выделив детали. Девушке было очень тяжело расставаться с этим набором, но им с Руном нужны были деньги для путешествия, поэтому она его продала.
Бран оказался сильным соперником, но не настолько, чтобы побить её. Ведь ей приходилось соперничать с Энки, а это сильно подтянуло её внимание. Бран старался сохранять самообладание, но Рун не упрощал ему задачу.
— Отец говорил, что главное не победа, а участие. — заметил брат.
Айа спрятала улыбку. Рун мастерски выводит её соперника их равновесия.
— Я ещё не проиграл, мальчик мой.
— небрежно заметил Бран.
— А я и не говорю что проиграл. Я просто говорю, что отец так говорил. — выдав эту тарабарщину, он невинно улыбнулся.
Айа сделала ход слоном, завершая комбинацию, при которой королева Брана оказалась зажата со всех сторон. Ему оставалось лишь расстаться с ней, прихватив напоследок одну из её фигур.
— Кажется, у твоей королевы плохой день. — захихикал Рун, обращаясь к Брану.
Айа гордилась братом. Она начала учить его игре с четырёх лет, постепенно приучая к фигурам и объясняя правила.
У него, определённо, был талант, так как сейчас она проигрывала ему, как когда-то Энки.
Бран небрежно передвинул королеву, забирая у Айи слона. Девушка рассчитывала поставить мат через два хода.
— Иногда, нужно проиграть бой, чтобы выиграть войну. — высокомерно заметил мужчина.
— Это не тот случай. — скептически покачав головой, сказал Рун.
— Если психологическое давление на меня не прекратится, — заявил Бран. — Я потребую у короля суда над вашей преступной группой.
Айа и Рун ахнули, демонстрируя полное несогласие с этими обвинениями. Затем все трое залились хохотом.
— Напомните мне больше никогда не играть с вами в шахматы. — сказал Бран. — Это самое большое моё унижение за долгие годы.
— Как пожелаешь. — ответила Айа. — Но мы всегда готовы дать тебе реванш.
Мужчина изобразил на лице первозданный ужас и театрально замахал руками. Айа вздохнула, и откинулась на спинку дивана.
