Ориентируясь не на внешний вид, и не марку, а на прошивку швов, материал, из которого была вещь изготовлена, качество фурнитуры.
К тому же, долгое время, прожитое в очень стеснённых финансовых условиях, приучило к деньгам относиться очень бережно.
А мальчик, который пришёл со мной за руку, и которого логично считать если не моим ребёнком, то явно мне не чужим, пришёл без шапки и в ветровке. Причём я только, когда мы уже выходили из кафе, заметила, что вещь ему сильно велика, словно взята у более взрослого ребёнка. Куртку мы выбирали недолго, больше с шапкой и шарфом провозились.
И то, только потому, что Арлан наотрез отказался принимать тот факт, что я трачу на него свои деньги. - Зачем? У куртки есть капюшон. Я не замёрзну. - Упирался он. - Так, давай рассуждать так. Вот мы завтра будем ходить по улице, где на минуточку зима. И я буду всё время переживать, что ветер надует тебе уши, или голову. Или горло прихватит. Вот скажи, это будет правильно? - спросила я, решив сыграть на мужской правильности своего потеряшки, которую успела заметить.
- Нет, это выходит неправильным. Женщина не должна переживать из-за мужчины. Так папа говорит. - Нехотя согласился со мной Арлан. - Но тогда это будет мой долг, хорошо? - Хорошо, заработаешь и отдашь. Договорились? - улыбалась я этому торгу.
И хотя было заметно, что у мальчика явно обеспеченный папа, даже если не принимать во внимание упоминание об охранниках-ротозеях, Арлан оказался совсем не избалован. Спокойно и без капризов поужинал рисом с курицей, сидя вместе со мной на кухне.
А когда я начала мыть посуду, пододвинул стул, спросил чистое полотенце и начал вытирать вилки, чашки и тарелки, которые я мыла.
Арлан спокойно сходил в душ на ночь, и было видно, что ничего непривычного для него нет. И меня честно восхищало то, как его воспитывает отец. Спать мы легли вместе. Просто в моей квартире не было второй кровати. Мальчик выпил на ночь стакан кефира и уже вскоре засопел.
А я лежала, перебирала тёмные волосы, прижавшегося к моему боку ребёнка, и думала.
Я даже не могла восстановить в памяти тот момент, когда я вдруг потеряла ощущение, что этот мальчик мне чужой. В какой-то момент я поняла, что я прекрасно понимаю, что где-то сейчас сходит с ума от волнения и страха за сына незнакомый мне человек. А я надеюсь, что так сложатся обстоятельства, что мальчишка задержится в моей жизни, ещё хотя бы на день.
Утром, зная, что торговый центр откроется только в десять утра, мы позволили себе поваляться в кровати.
