- Джек Лондон, это из Белого Клыка. - Ответил мальчик. - А мама теперь получается тоже Тахмирова? Её семья тоже будет защищать? - Конечно. Скажем, что была жена. Просто Расим не уважал, в семью не ввёл. Его неуважение к законам никого не удивит, и опровергнуть он не сможет. - Успокоил его Тайгир. - А если не поверят? - переживал за маму Рамир. - Скрывала. Про тебя же не рассказывала? - поддержал брата Амиран. - А ты обещал научить меня играть в монополию! - напомнил Арлан Рамиру. - Всё, дипломат, можешь успокоиться и свою миротворческую миссию закругляй.
- Намекнул Амиран, что манёвры сына прекрасно понял. - Пока ваш дом обставляется, поживëте здесь. Диана, за вещами съездишь с охраной. Мансура отправлю. Заодно оглядится там, что это за близкий человек Расима рядом с парнем ошивался. Спорить с Амираном никто не стал. И когда он попросил Тайгира забрать нас ""погулять"" на пару часов тоже."
"По возращению я не увидела сразу нескольких женщин из тех, что помогали по дому.
Я задавать вопросов не стала. Слова Амирана о том, что охрана прошерстит все данные и круг общения женщин, работающих в доме, я хорошо помнила. - Ты задумчива. Что опять тревожит мою Нимфу? - спросил Амиран, присаживаясь рядом вечером, когда Диана уехала за вещами, а мальчики играли чуть в стороне. - Те женщины, которые здесь больше не работают... Охрана нашла то, что можно посчитать опасным для тех, кто живёт в этом доме? - Амиран молча кивнул в ответ.
- Одну поймали, когда она писала кому-то смс с новостями о Диане. Милана, когда вопрос касается безопасности... - начал объяснять Амиран. - Меня не их судьба волнует. Они знали, где работают, знали, что говорится, чей хлеб едят. Амани я видела, и ту, вторую девушку со шрамом. А эти видимо совсем безголовые, раз решили, что могут в твоём доме после истории с отравлением Арлана, в заговоры играть и пытаться вредить. - Перебила его я. - Меня волнует то, что я спокойно это воспринимаю.
Я не чувствую ужаса от мысли, что их может уже не быть в живых, если они пытались угрожать безопасности Арлана. Такое ощущение, что у меня в голове кто-то взял и отключил, казалось бы, незыблемое правило, что чужая жизнь и здоровье неприкосновенны. Зато какая-то дикарка внутри уверена, что дом должен быть надёжным и безопасным, и никто не должен угрожать мне и тем, кто мне дорог в моём доме. А если решился, то сам виноват. И это...
