Хоть и приглушая голос. Видно речь шла о чём-то не совсем приятном.
Потому что Арлан всё больше хмурился. А потом начал что-то громко говорить, кажется, на том же языке. И судя по тону, очень резкое. Женщины замолчали и опустили головы, а я с удивлением наблюдала за мальчиком. Похоже, что Арлан совсем не так прост и мягок, как кажется сначала. Да и женщины не скрывали настороженности в тех взглядах, что быстро кидали в нашу сторону. - Арлан, что-то случилось? - осторожно спросила я. - Отец всегда говорит, что от женского языка и любви к сплетням, беды больше, чем от мужской ненависти.
- Резко рубанул воздух рукой Арлан, продолжая хмуриться. - Эти женщины видно забыли, зачем они оказались в нашем доме и о том уважении, что они получили здесь. Видно то внимание, с которым мой отец принял их в нашем доме, на их взгляд не заслуживает даже благодарности, раз они позволяют себе подобные разговоры. - Мы забылись, - произнесла одна из женщин, склоняя голову так, что это выглядело как поклон. - Прошу прощения, молодой хозяин.
Подобного больше не повторится. - Я очень на это надеюсь. Иначе я озвучу прозвучавшие здесь слова отцу. - Этот мальчик и правда был сейчас хозяином.
Ничего общего с очаровательно улыбающимся ребёнком, мгновенно откликающимся на заботу и внимание, у этого, нового для меня, Арлана не было. - Может мы не вовремя? - отвлекла я его от сбившихся плотнее друг к другу женщин. Как я успела заметить, почти все они были уже в возрасте. Только две были моими ровесницами. - Мы никому не помешаем, пока будем готовить завтрак? - Нет, кухня же большая.
- Обернулся ко мне Арлан. - И я уже начинаю хотеть кушать.
Мальчишка сжал мою руку, которую не отпускал всё время нашего нахождения на кухне, и погладил по пальцам второй ладошкой. Странные эмоции от увиденного словно растворились от этого жеста и от улыбки, вернувшейся на лицо Арлана.
Мы отошли в сторону, всё, что мне было надо, я спрашивала у Арлана, а тот или показывал в каком шкафу, что находится, или спрашивал у местных работниц.
Небольшую кастрюльку прежде, чем использовать я помыла, хоть она и была чистой. Как и ложку, которой собиралась мешать, и тарелку, чтобы можно было положить ложку. - Извините, но зачем вы перемываете посуду? Я чисто мою, хорошо. - Не остались мои действия незамеченными, и одна из тех женщин, что были помоложе подошла ко мне с вопросом."
"Стояла она в паре шагов от меня и нервно теребила ткань свободного и длинного платья. - Я не сомневаюсь, что посуда чистая.
