Она почувствовала, как Джонас повернул голову, изучая ее, и крепче обняла себя.
— Замерзла, Кудрявая?
Она резко выдохнула, он сказал это так же, как несколькими ночами ранее.
— Я… забыла плащ.
Джонас вздохнул, стянул с плеч свой черный плащ и протянул ей.
— Благодарю, — сказала Силла, накидывая его на плечи и закрепляя бронзовую застежку. Натянув капюшон, она вдохнула его запах, а вместе с ним, остаточное тепло его тела.
Они прошли мимо одного из аколитов Медвежьего Бога. В одной руке он сжимал изогнутый медвежий клык на тонком кожаном шнуре, обмотанном вокруг запястья, в другой держал книгу в кожаном переплете, которую читал.
Силла напряглась, когда до ее слуха донеслись обрывки проповеди.
— …Медведь — воплощение Отца, Супруга, Сына, того, кому надлежит поклоняться и повиноваться…
Те, кто принадлежал к Дому Урсира, всегда вызывали у нее глубокое беспокойство. К счастью, вскоре голос проповедника стих, и с ним исчезло напряжение в ее плечах.
Нужны. Листья.
Пальцы Силлы нервно скользнули к стеклянному пузырьку, поглаживая его гладкую поверхность.
Боль в висках становилась все настойчивее с каждым часом. Ей нужно попасть к аптекарю и как можно скорее.
Воздух был прохладным, и она сунула руки в карманы плаща Джонаса. Ее пальцы нащупали кованое серебро. Его талисман. Вытащив его, она внимательно рассмотрела рисунок, выгравированный на поверхности. Три переплетенных треугольника.
— Что ты делаешь?
Джонас метнулся за ним, но Силла развернулась на пятках. Его большие руки тут же сжали ее плечи, притянув ближе.
Их взгляды встретились, и она замерла. В глазах Джонаса полыхал холодный синий огонь, а тело было напряжено, как перед схваткой, на виске билась жилка. В лесу ей нравилось дразнить его, но сейчас… сейчас это не было игрой.
— Это не шутки, Силла. Отдай.
Она сглотнула и протянула талисман.
— Веревка порвалась.
Он не ответил.
— Он значим для тебя? — мягко спросила она.
— Да. — Его кулак сжался так сильно, что побелели костяшки. — Это все, что осталось от моей прежней жизни.
Это и Илиас.
— Эти символы что-то означают?
Джонас замешкался, затем медленно разжал ладонь, показывая диск.
— Треугольники символизируют основы моего рода. Семья, уважение и долг. Три качества, которым должны следовать те, в чьих жилах течет моя кровь.
Он убрал талисман в карман.
— Значит для тебя это важно, нести в себе эти черты семьи?
Джонас глубоко вдохнул, но не ответил.
Силла прикусила губу, наблюдая за ним.
